– А я тебе говорю – он не отвечает. – Протянув руку, я разминаю напряжение в шее. После ночи, проведенной с тобой, в течение которой мы почти не спали и несколько раз занимались любовью, я должна быть расслабленной, как тряпичная кукла. Но с каждой минутой мне становится все более не по себе.
– Я попробую позвонить ему, когда мы закончим разговор, – предлагает она. – Может, он настроил свой телефон так, чтобы получать уведомления только от знакомых номеров. Не станет же он вносить в контакты твой одноразовый мобильный. Кстати, купи уже себе настоящий телефон. Пожалуйста. – Кейн тоже пытался дозвониться до него, но да, пожалуйста, попробуй его набрать. Если ответит, скажи ему, чтобы он отправлялся в пентхаус. И в любом случае дай мне знать, хорошо?
– Конечно. Но послушай, я позвонила тебе не поэтому. – Ее тон резко меняется, и я мгновенно настораживаюсь. – Я ехала на такси в верхний Манхэттен к мастеру по маникюру – моя девчонка переехала пару месяцев назад, и больше ни у кого нет таких потрясающих навыков, – и увидела на улице женщину, которая выглядела точь-в-точь как ты, но с длинными седыми волосами. Я подумала, что это не может быть Стефани, не с такими волосами. Но тем не менее, это ее лицо!
Я застываю на месте, едва дыша. Воющая сирена внутри меня внезапно становится оглушительной.
– Как хорошо ты ее разглядела?
– Мы остановились на светофоре, так что довольно хорошо. Она выходила из кондитерской с кофейными стаканчиками и пакетом. Но волосы не подходят, верно? Мне кажется, твоей маме хотелось бы выглядеть как можно моложе.
Я заставляю себя успокоиться, чтобы ясно мыслить.
– Ты сказала, что ехала в верхний Манхэттен, взяла такси. Где ты была?
– На углу Мэдисон и 88-й улицы.
У меня перехватывает дыхание. Верхний Ист-Сайд.
– Ты сказала «кофейные стаканчики», то есть их было несколько?
– Да, она держала два стаканчика в одной из этих картонных подставок. А что такое? Ты думаешь, это она?
– Я не знаю. Я согласна с тобой насчет седых волос, но с другой стороны, она из тех женщин, которые считают, что выглядят идеально каждый день. А совпадения… Я в них не верю. – Я резко разворачиваюсь и устремляюсь к лестнице. – Ты можешь поехать в пентхаус?
– Я уже в пути. Может, мне позвать остальных?
– Я звоню Рохелио. Пока не звони Тове и Сальме.
– Ладно. Пока.
Снимая платье, я быстро набираю Рохелио по громкой связи.
– Застрял в пробке, – отвечает он, – но я еду в пентхаус.
– Мне нужно точное местоположение телефона Витте. Какой адрес? Пришли мне его сообщением.
– Ладно. Зачем?
– Всего лишь предположение. – Я надеваю черный обтягивающий комбинезон без рукавов, который максимально облегчает мои движения.
– Обычно твои предчувствия означают, что кто-то мертв или вот-вот умрет, – напряженно говорит он. – Я встречу тебя там.
– Нет! – Я затягиваю бретельки и хватаю носки. Вероятность того, что Лейси действительно заметила мою мать, невелика, но я не хочу рисковать ни одним из членов команды, отправляя их на разведку. – Свяжись с Кейном. И отправь мне сообщение с этим адресом. Я позвоню тебе, когда буду в пути.
Нажав кнопку отбоя, я засовываю ноги в кроссовки и хватаю сумку. Сломя голову бросаюсь на улицу и, перебежав дорогу, стучу в дверь гостевого домика.
– Мне нужны ключи от машины, – говорю телохранителю, который открывает дверь.
Он высокий, крупный. Размером с полузащитника. Он быстро оглядывает меня с головы до ног и хватает ключи со столика у входа.
– Я поведу.
– Хорошо. – Я знаю, что лучше не спорить с парнями Рохелио, особенно если он отдал им приказ. Проклятие.
Через несколько минут мы выезжаем на межштатную автомагистраль 95, и этот парень, Кейси, ведет машину, как профессионал. Тем не менее, чтобы добраться до города, требуется чуть больше часа. И новости, которые я получаю по дороге, вызывают легкую панику.
– Поднимаюсь по лестнице, – говорит мне Рохелио, когда я отвечаю на его звонок. Он тяжело дышит. – Электроэнергия отключена. Лифты не работают.
– Все?
– Все до одного, мать твою.
– Ты поднимаешься на девяносто шестой этаж пешком? – в ужасе спрашиваю я.
– Нет нужды напоминать мне, сколько здесь этажей! – ворчит он. – Лейси рассказала мне… об этой женщине. Не делай ничего… глупого!
– А когда такое было? – поддразниваю я, но внутри все переворачивается. Мне не нравится, что отключены все лифты. Я направляюсь не туда? Может, мне стоило поехать в пентхаус и отправить свою команду искать Витте?
– Я отключаюсь, – выдыхает он. – Мне нужно поберечь дыхание.
Звонок прекращается. Я звоню Лейси:
– Ты в пентхаусе?
– Была. Рохелио отправил меня к тебе. Я буду примерно через пятнадцать минут.
– Черт возьми. Не заходи в вестибюль, пока я тебе не скажу.
– Он предупреждал меня, что ты так скажешь, – с оттенком сухой иронии усмехается она.
– Пока. – Я завершаю разговор.
Кейси притормаживает, ненадолго поставив машину вторым рядом.
– Мы на месте. Я припаркуюсь и встречу вас…
Я уже выхожу из машины и иду по тротуару.
Толкнув входную дверь, я резко останавливаюсь перед швейцаром.
