– Ее убил Тоскливиус, – говорит Агата.
Пенни поднимает свою чашку, одновременно жестикулируя:
– По ее словам, это не так.
Агата выглядит растерянной. И раздраженной.
Я смотрю на База. Мне кажется, эту часть истории должен поведать он, насколько сам захочет, но Баз отходит к магнитной доске и принимается заполнять колонку «Все, что мы знаем»: привидения, Гости, вампиры. Пенни вскакивает на ноги, когда Баз добавляет к списку «Никодемус».
Я сажусь на ее место на диване рядом с Агатой.
– Когда все это началось? – спрашивает она меня.
– Когда приоткрылась Завеса. Наташа Гримм-Питч явилась, чтобы увидеть База, а вместо этого наткнулась на меня. Она хочет, чтобы он нашел ее убийцу. Когда Баз вернулся, я сказал, что помогу ему во всем разобраться.
Брови Агаты почти сошлись на переносице, нос сморщен.
– Почему?
– Потому что это показалось мне правильным.
– Правда?
– Да, – пожимаю я плечами. – Ведь это было нападение на Уотфорд. Убийство.
– И что сказал Маг?
– Ничего. – Я опускаю взгляд на колени, почесывая затылок. – Пенни и Баз считают, что не стоит ему ничего говорить.
– Значит, Пенни и Баз?
– Дело касается мамы База, поэтому я должен уважать его желания в этом вопросе.
– Баз тебя ненавидит!
– Знаю, – киваю я. – У нас вроде как… перемирие…
– Саймон, только послушай себя – перемирие?
– Вы ходили в вампирский бар! – кричит через всю комнату Пенни. Должно быть, Баз посвятил ее в последние события. – Какие же вы психи, уму непостижимо! А фотографии сделали?
– Вампиров на фотографиях не видно, – напоминаю я.
– Это в зеркалах, олух, – поправляет Баз.
– Ты не видишь себя в зеркале?
Баз игнорирует мой вопрос и рассказывает Пенни о Никодемусе.
– Но… – Агата смотрит на них двоих. – Баз темный. Он злой!
– Я думал, ты в это не веришь, – говорю я.
– Верила на все сто. Саймон, ты же сам сказал, что он вампир! Подожди… – Она смотрит на него, потом поворачивается ко мне. – Баз только что признался, что он вампир?
Я оттягиваю волосы у себя на затылке. Наверное, у меня дурацкое выражение лица.
– Не уверен, что все так просто…
– То, что Баз, – вампир?
– Нет, он определенно вампир, – отвечаю я. – В этом все просто. Агата, но ты не должна никому об этом говорить.
– Саймон, ты уже всем рассказал. Твердишь об этом с третьего курса.
– Да, но мне никто не верил.
– Я верила.
– «Один из вас»? – громко говорит Пенелопа. – Что Никодемус имел в виду? Что другой маг впустил вампиров внутрь? Или один из Питчей, кто-то из твоей семьи…
– Это не мог сделать кто-то из моей семьи, – возражает Баз. – Ни за что.
– Твои родственники – известные предатели, – парирует Пенни. – В восемнадцатом веке было время, когда им не разрешали подписывать контракты.
– Да, но мы никогда не предаем друг друга.
Баз возвращается к разговору о Никодемусе. И Эб.
– Все это обнаружил Саймон, – говорит он, – даже не открывая книги.
– Очень типично, – отвечает Пенни.
Баз не рассказывает Пенни, как Никодемус угрожал ему и всячески пытался задеть. И вскользь упоминает тетю Фиону. А еще не говорит, каким чертовски классным был в баре и как у него потом сдали нервы. Как я поцеловал его, чтобы спасти ему жизнь, и сделал это еще раз – просто потому, что мне захотелось. Сейчас я понимаю, что мог бы спасти ему жизнь каким-нибудь другим способом…
– Значит, ты здесь гостишь? – обращается ко мне Агата.
– Нет, я лишь хотел рассказать Базу о Никодемусе, а потом мне было не на чем уехать.
– И кто этот Никодемус?
– Тот, кому известна личность предателя, – отвечает Пенни и поворачивается ко мне. – Не верю, парни, что вы взяли и ушли оттуда, ведь он знает все ответы! Если бы он сказал, кто пытался его нанять, мы бы уже решили загадку.
– Мы не могли использовать принуждение, – говорю я. – И не могли применить силу. Нас окружали вампиры.
Пенелопа скрестила руки на груди:
– Могу себе представить.
– Так что, Банс, делай выводы сама, – говорит Баз.
– Пенни, а ты что нашла? – спрашиваю я.
– По сравнению с вами не так много. – Она прислоняется к полке и скрещивает ноги в щиколотках. – Я разговаривала с папой о Тоскливиусе. Он подтвердил, что винить его в Уотфордской трагедии начали позже. Сперва решили, что это простое нападение вампиров. Эй, Агата, ты уже в курсе событий? Может, нам поговорить с твоими родителями? Вдруг твой отец что-то помнит…
– Ничего я не в курсе.
– Тогда не теряй времени. Все на доске. Здорово, что ты снова с нами.
– Не уверена, что я с вами, – ворчит Агата, но слышу ее лишь я.
– Мне даже понравилось, – говорю я ей, – работать с Базом, а не воевать. Серьезно.
– Поэтому ты искал его? – спрашивает она. – Той ночью, на крепостной стене? Из-за Гостя?
– Вроде того…
Пенни и Баз делают на доске новые заметки. И дерутся за маркер. Я чувствую, что должен остаться рядом с Агатой и ответить на ее вопросы, но она больше ничего не спрашивает. И не пьет чай.
Пенни учиняет допрос Базу и вытягивает из него про школьный альбом Фионы, который, конечно же, сразу хочет увидеть. Потом еще час Пенни и Агата разглядывают фотографии.
