«Первая леди». Гостиница, в которой остановился Винсент, имела одно главное отличие от всех прочих подобных заведений. Надо заметить, довольно весомое и выгодное для хозяев отличие. Всю его суть передавал девиз, в который складывались огромные позолоченные буквы на стене центрального зала.
«Клиенту можно все, за что он в силах заплатить».
Следуя этому девизу, метрдотель «Первой леди» сдерживал рвотные позывы и через силу широко улыбался. Получалось так себе, учитывая слегка подергивающийся глаз и неестественную бледность. Метрдотель протягивал гостю ключ от номера.
Напротив стоял Винсент. Протянутого ключа он не замечал. Он вообще мало что замечал. Слишком был занят. Пытался прогнать из разума красочные образы бегства с рыбного производства.
Метрдотель молчал.
Винсент ждал.
Ключ висел в воздухе.
– Порази меня светом Стихии! Это чем так воняет?! – к стойке подошел еще один постоялец.
Винсент опомнился, выхватил ключ от номера и широким шагом направился к лестнице.
Вонь и образы отправились следом.
К сожалению Винсента, он помнил всё слишком хорошо.
Воздушник плавно тёк вперед… Островок спокойствия в море хаоса. Как ни в чем не бывало Хасан качал магию и расчищал дорогу.
Вокруг всё летало.
Мертвая рыба. Живая рыба. Части рыбы. Обломки тары из-под рыбы.
И люди.
Чем дальше шел воздушник, тем сложнее различались детали в общей массе.
– Соберись, Винсент! – сказал некромант сам себе. – Ничего этого не было! Вот так! Да! Не было! Ты просто прогулялся немного по городу… А точнее много прогулялся по городу, – поправил он сам себя, так как рыбный цех находился на другом конце залива. – И вернулся. Да, все именно так! Сейчас я заберу свои магусы… Точнее то, что от них осталось, и навсегда покину этот город.
Поднявшись на третий этаж, некромант подошел к двери и вставил ключ в замочную скважину. Правда, не с первой попытки. Ключ был какой-то склизкий и норовил выпрыгнуть из пальцев.
Стоп. Это не ключ был склизким…
Винсент шел за воздушником, стараясь не привлекать чужого внимания, когда кто-то схватил его за шиворот.
– А ну стоять, хахаль! – один из революционеров оказался оглушен недостаточно сильно.
– Тебе надо, ты и стой, хахаль! – ответил некромант и ударил революционера единственным доступным оружием.
Рыбой. Большущей и склизкой рыбой.
ШЛЕП!
Лицо противника не ожидало подобной встречи, и революционер выпустил ворот Винсента.
Некромант повернул ключ в замке и тщательно вытер руки о собственную одежду. Чище от этого не стали ни руки, ни одежда.
ШЛЕП! ШЛЕП! ШЛЕП! Звучало в ушах Винсента.
Вялая, но тяжелая рыбина неоднократно охлаждала пыл любого, кто пытался его остановить. Вот только с каждым ударом этой рыбины в руках становилось все меньше, а на одежде и лице Винса все больше.
– Аааа, – немного подвывая, Винсент ворвался в комнату.
Первым делом он сбросил на пол грязный фрак, оставшись в одной рубашке. Вторым делом, наконец, вытер руки о чистые белые простыни и, немного подумав, ими же вытер лицо.
После этого Винсент извлек из-под матраса хлипкий мешочек с оставшимися магусами. Слишком хлипкий, по его мнению. Только теперь некромант оглядел комнату на предмет наличия Эрла или Гавселя.
Их не было.
А должны были быть.
– Гниль и тлен! Где могила носит эту парочку? – высказался он.
Зомби, конечно, можно найти через дар… Но кто знает, как далеко сейчас некроманты. Могут ведь и почуять. В общем, Эрл как-нибудь выкрутится сам. А Гавсель… В городе все только и твердили про ночные атаки собак. Так что Гавсель наверняка прожил долгую и счастливую жизнь… Настоящие собаки давно его сожрали.
Оставалось купить вина и свалить. Любого вина. Подойдет и команская кислятина, главное, чтобы продавалась она по пути к воротам.
Осмотрев комнату еще раз, Винсент повернулся и сделал шаг к выходу, но замер. Некая деталь, чуть запоздав, пробилась в его разум. Медленно-медленно, Винсент обернулся.
На окне сидел шершень.
Большой желтый шершень, как две капли воды похожий на того, что посещал Фаизу.
Винсент судорожно сглотнул и бросился прочь из комнаты.
Скорость бега Винсента всегда зависела от внешних стимулов. Как следствие, всегда была высокой. Но сейчас некромант превзошел сам себя. На каждый из лестничных пролетов ему понадобилось по два шага и еще два, чтобы достичь выхода.
Вот только скорость плодов не принесла.
– Привет, Глист, – сказал Леонард, спокойно поджидавший снаружи. – Ты куда-то спешишь?
– Уже нет, – выдохнул Винсент, глядя на сразу нескольких шершней, летавших вокруг бывшего одноклассника.
Мертвых шершней.
– Да найдется он, Диана! Никуда не денется, – попытался утешить Патрик свою начальницу.
– Пусть только попробует не найтись, – в голосе волшебницы звучало обещание.
Такое обещание, от которого сам Патрик непременно постарался бы не найтись.
Никогда.
С кухни донесся звон перевернутой посуды.
– Надеюсь, это не наша добавка там перевернулась, – почти умоляюще пробормотал нордин.
А еще он надеялся, что трактирщик не будет собирать эту добавку обратно с пола. Хотя… Если сам Патрик не будет знать наверняка…