— Будет еще всякая соплячка мной командовать! Я вообще тебе мечи принес, думал, может, выберешь что.
Я ухмыльнулась:
— Так я и выбираю, вот только всякому клинку проверка нужна. Бери вон тот, с широкой гардой.
Меч, о котором я упомянула, мне не слишком понравился. Прямой, честный клинок, аккуратный дол посередине лезвия, однако грубая сабельная рукоять и сплошная защита кисти, пусть и тщательно украшенная черным травлением. Себе я выбрала другой — также прямой, но с затупленной частью у эфеса, сбоку защищенного витой стальной полосой вдобавок к обычной гарде.
Яхим неуверенно поднял и повертел в руках предложенное оружие, затем спросил:
— И что дальше? Я как-то больше молотом… кузнечным или боевым, без разницы.
— Меч для тебя чересчур длинный, — оценила я, затем связала два факта воедино и удивленно спросила:
— Их что, специально для меня ковали?
— Ну… не совсем. Что не возьмешь, пойдет втридорога наземникам по обычному обмену. Еще чего придумала — прибылью разбрасываться.
Вздохнув, проговорила, снимая толстый фартук:
— А вы, ребята, гораздо более дружелюбные, чем может показаться на первый взгляд. В общем, смотри — вот такая стойка с мечом называется базовой или классической средней. Ее значение в том, что ты ставишь меч под углом к глазам противника. Это, в свою очередь, позволяет скрыть реальную длину меча и нанести первый быстрый выпад, зачастую поражающий цель.
— Это для тебя она средняя. А для меня очень даже высокая, — справедливо отметил кузнец, я отрицательно помотала головой:
— Не имеет значения. Главное, чтобы острие было направлено примерно в шею, вне зависимости от роста противника. Рукоять держишь вот здесь, ноги ставишь вот так. Хотя Айви говорил, что в базовой вообще нет особого положения ног. Какую удобнее, такую и поставишь вперед. Но учитывай атакующую руку и плечо.
— Как учитывать? — хмыкнул Яхим, подозрительно смотря на меня: что я за чушь втираю. — Оно ведь и дураку понятно, что атаковать лучше той рукой, что впереди. Вместе с ногой.
Я усмехнулась, в чем-то узнавая свои аргументы лет семь назад.
— Не всегда. Особенно, если твой противник — мард, вы, ребята, чересчур любите бой на ближней дистанции. Тогда нанести грамотный удар или выпад можно только той рукой, которая дальше от противника, что стремительно начнет сближаться.
— Хорошо. Вот я стал в твою среднюю стойку.
Пнув его по ноге, заметила:
— Не годится. Передняя нога прямая, ты лишаешь себя пространства для маневра. Запоминай — передняя всегда полусогнута, только если ты не стоишь в длинной или защитной стойке, а задняя, наоборот, выпрямлена…
Я осталась довольна качеством мардской работы, пусть и противник у меня по всем статьям неважный. Огорчает лишь цена — в трубу вылетели еще восемь тысяч. Страшно представить, сколько стоит «втридорога», если только и вправду не в три раза. И, как я ни пыталась сбить цену, мастера справедливо указали, что на клинке после тренировочного боя не осталось ни царапины, а сама я подобные мечи научусь делать ой как нескоро.
Что и говорить, оружие отменное. Затупленная часть только кажется деталью совершенно идиотской, а ведь сюда будет крепиться Призрачный Танцор. Если темный жрец и, по совместительству, артефактор меня дождется, конечно.
В обычных мечах подобного вида это считается укреплением сильной части клинка. И, скажу по секрету, в настоящем фехтовании можно за всю жизнь ни разу не применить один-единственный прием, который настойчиво требует остроты лезвия именно здесь.
Безрезультатно потыкавшись по кузнецам, я узнала, что осадные орудия делают не они, а вовсе даже цех по производству осадных орудий. Легко догадаться, если мозги хоть немного напрячь. Поскольку грубый и незавершенный образец копья с его размерами у меня уже был, я направилась на поиски. Впрочем, они завершились быстро.
Цех оказался на самом первом ярусе — не том, что верхний, а на дне. В отличие от Роксомма, здесь быть на дне — буквально «находиться в самом сердце почета и уважения». Так, на основной площади первого, он же нижний, яруса располагалось здание совета, суд, квартал механиков и исторический архив. Чуть поодаль раскинулись кварталы рунников, как кузнецов, так и начертателей, а еще дальше, примыкая к одной из стен горы, возвышалось требуемое мне здание.
Мастерская Яхима, кстати, была на втором ярусе. То ли в бытность его действующим ремесленником рунные кузнецы еще не были в таком почете, или, что более вероятно, наставник и тогда позволял себе игнорировать некоторые пункты законодательства. Не устраивающие лично его.
Такая дверь, что и не знаешь, как в нее стучать. Две высоких створки толщиной в три-четыре Кодекса, прямо, врата целые. К счастью, я заметила сбоку длинный шнур колокольчика, которым местные почему-то не пользуются, предпочитая колотить в каменные двери, выточенные под дерево. Наверное, у самых богатых — из настоящего дерева, но с купцами Хетжеба общаться еще не приходилось.
