Его рука потянулась было к моему платку, но я резко шагнула назад. Руби тоже отстранилась, хотя происходящее никакого отношения к ней не имело, и угроза была направлена исключительно в мою сторону. Не знаю, почему он каждый раз не доводил свое дело до конца. Ему не пришлось бы прикладывать сил, чтобы всерьез навредить мне. Столько угроз и ни одного действия. Почему? Тюрьмы они точно не боятся. Они хорошо знают, что им все сойдет с рук. Может, их даже наградят за устранение потенциального террориста.
– Просто сними, черт возьми! – Голос Честера сорвался на высокие ноты, на пару тонов выше голоса Элиаса. Из-за этой странной особенности его угрозы не звучали серьезно, как если бы их произносил Элиас. – Это всего лишь кусок ткани! Какого черта вы, гребаные фанатики, придаете этому такое значение? Ты что, и впрямь на мой день рождения собираешься напялить это дерьмо?!
Отвечать я не стала. Так и стояла вся на нервах. Мне подумалось, что, если он сейчас подойдет ко мне и сорвет хиджаб, я не смогу дать отпор. Он высок, крепок, явно занимается в тренажерном зале и куда больше меня. Ему не стоило бы никаких усилий вбить меня в стену и разорвать хиджаб прямо у меня под носом, пока я бессвязно что-то бормочу.
Элиас защелкал пальцами.
– Слушайте, я предлагаю вот что! – Он вдруг вышел вперед, запихнул кассету в карман и сделал такое движение ногой, что скейтборд, которого я не замечала прежде, почти подпрыгнул к его руке. Черные глаза внимательно в меня впились. Он был выше не только меня, но и Честера, и оттого, наверное, у меня подогнулись колени. Элиас казался куда опаснее своего друга. – Покатаешься со мной? Если сможешь повторить три моих трюка, я выполню три твоих желания. А если не сможешь, то снимешь эту тряпку. Выйдешь во двор на перемене, прокричишь: «Смотрите!» и снимешь свой платок на глазах у всех. Идет?
Элиас был доволен. Честер был доволен вдвое больше.
Эти двое уже решили, что одержали надо мной победу. Они уже представляли, наверное, как я снимаю свой платок посреди двора, пока вокруг развлекаются толпы школьников, кричу, привлекая внимание, и все смотрят, разинув рты, а они в сторонке победно выкрикивают что-то бессвязное, дают друг другу «пять», радуются, словно осуществилась их мечта. Такие, наверное, и вырисовывались картинки в их головах.
Ох, если бы они знали…
Я еле сдерживала улыбку. Внутри впервые за долгое время поселилось яркое и ни на что непохожее чувство удовлетворения, и предстоящую победу сейчас предвкушала именно я.
Вопреки их ожиданиям, конечно же. Они-то уж думали, что я в полном ужасе.
– Идет, – кивнула я. Я бы и руку протянула для пожатия, как бы заключая сделку, как, собственно говоря, и сделал Элиас (издеваясь или просто позабыв о моих правилах, не знаю точно), но вместо этого я лишь выжидающе склонила голову набок, ожидая его дальнейших слов.
Элиас поднял скейтборд, махнул головой в сторону выхода и зашагал вперед.
Я молча пошла за ним.
– А я пока позову ребят, чтобы каждый увидел это шоу, – хохотнул Честер нам вслед и побежал в противоположную сторону.
Я едва сдержалась, чтобы не усмехнуться.
Что делала Руби, не знаю. Может, пошла искать своего драгоценного Рэя.
Почему-то, шагая позади Элиаса, я неосознанно принялась разглядывать его. Наверное, мой мозг просто решил воспользоваться возможностью рассмотреть его поближе.
Он меня не видел, так как смотрел вперед, и я не боялась оказаться застуканной. Я рассматривала его одежду: синее худи, светлые джинсы, на заднем кармане которых закреплен совсем новенький плеер. Белые, неправдоподобно чистые кеды с красной звездой. Заметила часть серебряной цепочки на его шее, скрытой под худи. А на затылке – слегка вьющиеся черные волосы, которые казались очень мягкими на ощупь.
Я, конечно, возненавижу себя за это утверждение, но от Элиаса приятно пахло. Это не был запах каких-то конкретных духов. Скорее, аромат чистоты. Совсем не подходящий для такого гнилого человека. Меня это бесило.
– Еще не поздно отказаться, восточная красавица, – произнес он неожиданно, отвлекая меня от размышлений. Потом развернулся, посмотрел все теми же бездонными глазами и кинул желтый скейтборд на землю.
Я и не заметила, как мы вышли во двор, полный кучи подростков, глядящих на нас.
– Боишься проиграть? – Я постаралась придать этому вопросу более утвердительный тон, издеваясь над ним.
В ответ его губы сложились все в ту же ухмылку.
Неправильно, наверное, после случившегося в кабинете директрисы демонстрировать всей школе свою беззаботность и наплевательское отношение. Я, можно сказать, назло вышла во двор, не опуская от стыда глаза, и сейчас буду утирать носы этим самоуверенным придуркам.
Потому что я ни в чем не провинилась, а так хоть сумею отвлечься от предстоящего прихода в школу моих родителей.
