Таким был Саша Гитри полностью

Затем случилось дело Анри Жансона. Этот журналист, родившийся в 1900 году, с 1934 года сотрудничает с «Le Canard enchaîné» (французский сатирический еженедельник. — Прим. перев.). Театральный писатель и, прежде всего, известный сценарист (например, «Pépé le Moko», «Entrée des artistes», «Hôtel du Nord»...), он уже был известен своими пацифистскими настроениями. В 1938 году он опубликовал статью, в которой отдал дань уважения молодому еврею Гершелю Гринспену (Herschel Grynspan), убившему секретаря посольства Германии в Париже. В июле 1939 года он был осуждён трибуналом. Затем в августе 1939 года последовал рецидив — он опубликовал ультрапацифистский текст. Приговор военного трибунала на этот раз очень суров: пять лет тюремного заключения и штраф в размере 3000 франков за подстрекательство к неповиновению и призыв к неподчинению. Сразу же многие представители интеллектуального и артистического мира объединились, написав манифест, адресованный президенту Лебрену. Луи Жуве, который не любит Гитри и которого Гитри не любит, однако, не колеблется и просит Саша ходатайствовать перед президентом Республики, представляя, к каким последствиям это обращение может привести.

Саша отказывается, так как считает, что Жансон перешёл все границы, в то время, когда национальная солидарность должна быть безупречной, позволив себе публиковать анархистские и антифранцузские статьи. Саша упрямится: черта характера, которую мы постоянно у него наблюдаем, и это один из его главных недостатков. И эта манера принятия окончательного решения не изменится ни годами, ни жестокими испытаниями, которые его ожидают. Саша — шармёр, остроумный человек, распутник, вечный подросток, поклонник Руссо и Вольтера, его могло внезапно «заклинить», и ничто, даже самые веские доводы, не в силах были изменить его мнение.

Анри Жансон, оставшийся в тюрьме, вспомнит об этом, когда выйдет на свободу при Освобождении (Libération), чтобы отомстить, как мы увидим, очень жестоко...

Этот 1939 год закончился очень печально. Утром 1 января 1940 года Саша, в уединении своего кабинета на авеню Элизее Реклю, набрасывает несколько стихов, говоря в них своим близким друзьям о том, что, когда Европа находится в состоянии войны, у всех нас не хватает духу пожелать друг другу благополучия в новом году!

Май 1940 года, новости с фронта действительно не очень хорошие. В Париже по-прежнему можно посетить сто три кинотеатра, двадцать пять театров, четырнадцать мюзик-холлов, двадцать одно кабаре и ресторанчики с шансонье. Многие, однако, подумывают о бегстве из столицы и поиске убежища на юге или недалеко от испанской границы.

Саша видит, как его друзья один за другим покидают столицу. И всё же он не хочет уезжать. Покинуть свой дом-музей на авеню Элизее Реклю для него невозможно. Он олицетворяет всю его жизнь. Все его увлечения, все его реликвии и коллекции, воспоминания об отце, великом Люсьене Гитри, собраны здесь и тщательно упорядочены. Разве он не говорит посетителям, поражённым таким количеством чудес: «Мои авторские права на моих стенах»?

Но по прошествии времени, после дней колебаний он, наконец, принимает окончательное решение покинуть Париж и уехать в Дакс, в отель «Le Splendid»[93], где он часто бывал. Город Дакс после прорыва французского фронта принял у себя такие крупные заведения, как Сен-Сир (École spéciale militaire de Saint-Cyr) или ECP (École centrale des arts et manufactures). Он обосновывает это своей секретарше мадам Шуазель, которая остаётся в Париже, чтобы присматривать за особняком: «Нет, мадам Шуазель, нет... я не имею права ставить на карту здоровье Женевьевы... Это большая ответственность... Я должен увести её подальше от этой атмосферы, от тех опасностей, которые угрожают... Для её душевного спокойствия необходимо, чтобы она чувствовала себя в безопасности... Вы же понимаете, вы со мной согласны?»

Узнав об этом решении Саша, Женевьева записывается к парикмахеру, проводит оставшиеся часы, бегая по парижским магазинам и покупая всё, что сможет найти, вроде флаконов с лаком для ногтей, тюбиков губной помады, духов, баночек с кремом и необходимых лекарств. Гитри также решают взять с собой горничную и камердинера. «Кадиллак» Гитри покидает Элизее Реклю...

20 мая они в Даксе. Но, согласно заявлениям доктора Жана Тиссэгра (Jean Tissègre), Саша Гитри никогда и не думал принять хотя бы одну грязевую ванну во время своего пребывания там. Что привело его в этот город, так это отопление и вода из горячих источников, проведённая в отели. Он совершенно не хочет жить в холоде и дискомфорте. Чтобы уберечь свою жену от бомбёжек, трудно было выбрать более подходящее курортное место.