Таким был Саша Гитри полностью

Но этот добровольный исход в Дакс происходит не в спокойной обстановке. Саша всегда находил этот город ужасно скучным. Он написал стихотворение о глубокой печали, которую ему внушают эти места, одновременно прямо советуя объятым скукой читателям отказаться от мысли о самоубийстве в водах реки Адур (Adour), потому, что бросившись в неё мы лишь упадём в лечебную грязь и вместо погибели выйдем оттуда исцелёнными!

В эти дни он, как и все гости отеля «Le Splendid», проводит большую часть времени, слушая радио, в ожидании последних новостей. И они не самые радостные.

Конечно, как всегда, он пишет. Но в свободное время он в основном занят раскладыванием бесконечных пасьянсов, которые... не выходят как хотелось бы. Однако то, что его разум и пальцы заняты колодой карт, позволяет ему отвлечься и избавиться от мрачных мыслей. Как и у де Голля, у Гитри есть «определённые мысли по поводу Франции», и этот провал мая-июня 1940 года глубоко тревожит и печалит его.

Внезапно он решает отправить «кадиллак» в Париж. 27 мая он предупредил мадам Шуазель по телефону, что хотел бы, чтобы она присоединилась к ним в Даксе. Он беспокоится за неё, а также хочет воспользоваться этой поездкой для того, чтобы она взяла с собой некоторое количество рукописей, редких изданий и картин:

— И прежде всего, мадам Шуазель, прежде всего, сходите в банк и опустошите мою сейфовую ячейку... Я свяжусь с директором, чтобы он разрешил вам открыть её. Он даст вам ключи и комбинацию... Не забудьте ничего, мадам Шуазель...

Миссия, не без труда, будет выполнена верным секретарём.

Все эти сокровища, которые Саша не хочет хранить в своём доме, в «Le Splendid», найдут убежище в хранилище Банка Франции, которое арендовали два друга Мэтра, также оказавшиеся в Даксе, знаменитые торговцы произведениями искусства с авеню Матиньон, Гастон и Жосс Бернайм (Gaston et Josse Bernheim), чтобы разместить там свои коллекции.

Философ Анри Бергсон, которым восхищается Саша, завсегдатай термального курорта, тоже нашёл здесь убежище. Пожилой и больной, за ним повсюду следует доктор Луи Лявьель (Louis Lavielle), директор «Hôtel des Baignots» (старинная лечебница с пятисотлетней историей. — Прим. перев.). Его пребывание здесь на этот раз не выбор, а вынужденная остановка в пути. Он действительно хотел добраться до По, но ему помешало отсутствие горючего. Поэтому он застрял в Даксе. Мсьё Барб (Barbe) рассказывает, что когда он сообщил Анри Бергсону, что Саша хочет навестить его в компании жены, философ, улыбнувшись, спросил:

— Которой?

Саша знает, что всё потеряно, хотя и не хочет этого признавать.

Требор и Виллеметц курсируют между Даксом и Бордо, и знают всю серьёзность ситуации. Саша слушает их, подавленный, он пытается узнать больше, постоянно звоня по телефону, но связь ненадёжна. Её нужно ждать долгими часами.

Что делать? Однажды Гитри были почти готовы уехать из Дакса в Кап-д'Ай. Потом захотели снять дом в Тулузе, который раньше занимал Поль Рейно (Paul Reynaud). Но он был уже сдан. Тогда они остались в Даксе, ожидая, что будет дальше.

22 июня, прекрасным вечером, Гитри вернулись после короткой прогулки, Саша никогда не был хорошим ходоком. В вестибюле отеля «Le Splendid» была установлена радиоточка, этим же вечером большая часть клиентов в полном молчании собралась у приёмника. Слышно было только один голос, это говорил маршал Петен (Pétain), председатель Совета министров Франции, который объявил стране, что необходимо запросить перемирие. По его мнению, другого выхода нет.

--------------------------------------------------------------

(*Речь Петена о необходимости прекращения боевых действий: «Сегодня я с тяжёлым сердцем говорю вам, что необходимо прекратить боевые действия...» и о том, что он вместе с противником ищет «способы положить конец боевым действиям», была произнесена по радио в 12:30 17 июня из Бордо. 22 июня 1940 года в 18:50 генерал Шарль Хюнтцигер (Charles-Leon-Clement Huntziger) поставил подпись под текстом Компьенского перемирия. Так что — вечером 22-го могли объявить о Компьенском перемирии, а не уговаривать французов сдаться в момент подписания. — Прим. перев.).

--------------------------------------------------------------

Женевьева вспоминает: «Саша подошёл ко мне. Взял меня за руку и судорожно сжал. И у всех нас появились слёзы на глазах. Мы были растеряны и разбиты горем. Страх парализовал нас».

Франция унижена подписанием этого перемирия у Ретонд в Компьенском лесу. Текст состоит из двадцати трёх статей и предусматривает, в частности, оккупацию обширной северной территории; расходы по оккупации будет нести Франция, а французские военнопленные останутся таковыми до подписания мира.

В Даксе ждут немцев.