– Вы прежде бывали на приёмах у Его Величества, мадмуазель? – Ненавязчиво поинтересовался Филипп, одной рукой придерживая своего коня.
– Лишь раз. На этой неделе император сделал мне настоящий подарок. Мы отмечали мой день рождения и приём был посвящён ему. Именно там мы с Франсуа познакомились с господином Жераром.
– Как жаль, что я не был приглашён Его Величеством на этот праздник.
– Отчего же?
– Я бы имел возможность пригласить вас на танец. Знаете, я очень люблю танцевать. Каждый год в честь празднования дня святого Сильвестра император организует торжественный приём. В этом году он задумал пышный бал-маскарад, по крайней мере, в приглашении было указано подобрать карнавальный костюм с маской, прикрывающей часть лица.
– Надо же! Не могу с уверенностью сказать, что я приглашена, так как слышу об этом торжестве впервые. – Филипп хитро взглянул, всем своим видом показывая, что Клэр не стоит сомневаться на этот счёт.
– Что же ваш жених? – Клэр вопросительно взглянула на молодого графа и перевела глаза на спину Франсуа. – Общество моего отца и господина Дюрока интересно ему куда больше чем ваше?
– Вероятно. Я давно привыкла к этому положению, граф.
– Но у вас нет перед ним обязательств?! Разве ваша помолвка так необходима?
– Поверьте, у меня совершенно нет другого выбора.
– Вы явно, что-то утаиваете от меня, прекрасная Клэр.
– С чего вы это решили? – Тихо рассмеявшись спросила она, оголяя зубы в застенчивой улыбке.
– С того, что с вашей красотой, вашим умом найти благодетеля и защитника не так уж сложно.
– Тяжелее найти мужа, ведь я из бедной семьи, без родителей и приданого.
– Наверное, вы правы… статус и положение в обществе – это то, чего мы порой не можем получить даже за большое состояние. Но, своими поступками и делами – это становится возможным, особенно в наши дни.
– Не будем о грустном, граф. Лучше расскажите о ваших увлечениях. Что вас интересует?
– Я военный человек, мадмуазель. Настолько военный, что однажды мне довелось побывать в русском плену. – Клэр приподняла брови и изобразила потрясение, прикрыв рот рукой.
– Шутите?
– Отнюдь. Я не стал бы так шутить. 1807 год. В польскую компанию я был взят в плен русскими. Эти русские восхитительный и никому не понятный народ. Порой мне думается, что дажеони не всегда могут себя понять. Вы встречались с русскими, Клэр?
– О, я имею русские корни, дорогой граф.
– Тогда это многое объясняет. – сказал Филипп сам себе. – Мы принялись называть их дикарями, варварами, за то, что на каждом углу их городов расположены храмы и церкви. Император считает, что цивилизованный человек должен надеяться исключительно на себя, а не на высшие силы. Я же предполагаю, что через молитвы и смирение они проявляют любовь ко всему живому на этой земле. Итак, 1807… – иронично продолжил он. – Я был взят в плен, но, на мою радость, в русской армии не просто знают, что такое честь, но ещё и беспрекословно соблюдают установленные нормы обращения с военнопленными. Чего, к моему сожалению, я редко видел со стороны нашей армии. Мне были предоставлены все благоприятные условия, которые, только можно пожелать находясь в плену. Я был одарён вниманием и заботой. А уже при заключении Тильзитского мира меня благополучно освободили.
– Невероятно… и что же? Полагаете, что сегодняшнее положение дел между Францией и Россией…
– Неправильно и, по моему мнению, глупо. Два великих и сильных народа не должны вести варварское захватническое движение против друг друга, затягивая в пучину жестокости, крови и страданий соседние государства. Если война и случится, то её последствия будут причинять боль ещё долгое время.
– Могу ли я присоединиться к вашей беседе? – Спросил Франсуа, поравнявшись с ними.
– Разумеется. – Неохотно кивнул Филипп.
– Мы с вашим отцом как раз обсуждали ваши увлечения.
– А о каких своих увлечениях вы ещё не успели мне поведать, граф? – Не обращая внимания на Франсуа, Клэр приблизила свою лошадь ещё сильнее к Филиппу.
– Однажды я гордо заявлю о том, что я писатель. Сейчас же, как и мой отец я большое внимание уделяю изучению истории и её описи. Вдобавок, часть моих увлечений занимает поэзия.
– Вы пишете стихи?
– Только когда меня посещает муза, мадмуазель.
Солнце скрылось за набежавшими серыми тучами. Вскоре похолодало, а воздух с каждым дуновением ветра всё сильнее пробирал до костей. Всадники приняли решение возвращаться. Все пятеро проследовали к дому Дюрока.
– Предлагаю выпить хорошего вина из моих погребов. – Предложил хозяин дома.
– Благодарим за приглашение, но нам необходимо возвращаться в Тюильри.
– Вы остановились в резиденции императора? – С горящими глазами спросил Филипп, провожая Клэр взглядом.
– Именно так. Мы гости Его Величества. Что ж, спасибо за прогулку, она была великолепной. Надеюсь, что в скором времени мы сможем вновь наслаждаться вашим обществом! Любезный Дюрок. Любезный граф. – Франсуа со всем почтением благодарил присутствующих за чудесный день.
– Как жаль. Полагаю, что мы увидимся тридцать первого декабря на праздновании дня святого Сильвестра.
