– Не понимаю, какая необходимость была у Мари посылать за нотами вас. Можно вообразить, в доме нет прислуги, – возмутился Пётр, допивая второй бокал вина.
– Мне было не в тягость.
– Отличительная черта Мари – всеобщее подчинение. Ей вечно нужно всё и всех контролировать.
Несмотря на то что Пётр выглядел старше своих лет, Клэр всё же отчётливо чувствовала тот юношеский максимализм, с которым он язвительно рассуждал о поступках невестки.
– Вы просто злы на неё. Это не значит, что она такая, – продолжая диалог с Петром, Клэр чувствовала, что в эту самую минуту является объектом чьего-то внимания. Отведя взгляд влево, она заметила, как сидящие напротив гусары мельком то поднимают на неё глаза, то резко их отводят, чтобы не выказывать своего неуважения.
– Пётр, вам не кажется, что эти господа себя крайне странно ведут? – указав на них, спросила Клэр.
– Компания Рáвнина никогда не отличалась особыми манерами. Но, полагаю, на этот раз причина кроется в вас. Вы привлекательны, и вас они прежде не видели, а значит, вы таинственный объект, к которому их внимание будет привлечено до конца вечера.
– Простите, как вы сказали? Фамилия?
– Мишель Рáвнин, давний друг Мари и мой бесконечный соперник. Но сейчас меня весьма забавляет его раздражённое лицо, ибо вы сидите и общаетесь со мной, а не с ним, – на последнем слове Пётр позволил себе ухмылку и ещё ближе наклонился к Клэр, якобы из-за шума плохо расслышав её слова.
– Прекрасно, – с иронией еле слышно сказала она. Клэр была очень рада маске на своём лице и тому факту, что он не сможет рассказать о случившемся Мари. – Но почему вы сказали, что он ваш соперник?
– Однажды я был бесконечно влюблён в одну премиленькую девушку, но имел неосторожность представить её Мишелю, когда мы семьями выезжали на охоту. В конце концов он вскружил ей голову, и она предпочла его мне. Дело шло к дуэли, но мой брат, который служил с ним на тот момент в одном полку, попросил от него публичного извинения.
– Возможно, дело было в той девушке, а не в нём?
– Это дело чести, Клэр, не пытайтесь понять мужских привычек.
«Мужские привычки? Что это вообще значит?» – нахмурив брови и проговаривая про себя эту фразу, размышляла она.
– А где же сейчас ваш брат? Супруг Мари? – поинтересовалась Клэр.
– Видимо, штабные дела не дают возможности навестить прелестную Мари в этот день.
Глашатай построил всех на кадриль. Клэр с удовольствием согласилась танцевать с уже хорошо знакомым ей Петром, который, как ей казалось, постепенно становился её другом.
Скрипка и виолончель заиграли в унисон и, переплетаясь, слились в задорную мелодию. Пётр уверенно вёл Клэр, в то время как она беззаботно подпрыгивала в такт музыке и, периодически поглядывая на его довольное лицо, тихонько хихикала. Неожиданно она почувствовала, что Пётр отпустил её руку и передал другому. Немного растерявшись, она ухватилась ладонью за новое, не менее крепкое плечо и, вспомнив, что в кадрили предусмотрена смена пар, сразу успокоилась. Прошла секунда, прежде чем Клэр обратила внимание на своего нового партнёра. Её дыхание замерло, а горло сжалось, не давая звукам вырваться наружу. Тело обдало холодным потом. Она не понимала, отчего именно этот мужчина заставлял её сердце так сильно колотиться в груди. Мишель, скрывая своё лицо под чёрной маской, пристально следил, как робко Клэр вела себя в его руках. Она опасалась заглянуть в его глаза, предполагая, что он может узнать её даже в маске.
– Как вас зовут? Не уверен, что имел честь быть знаком с вами.
– Сегодня мы прикрываем наши лица масками именно для того, чтобы нас невозможно было узнать, сударь.
– И всё же? Я сгораю от любопытства.
– Надеюсь, мне не придётся развеивать ваш сгоревший прах? – колко ответила Клэр, не поддаваясь на его уловки.
– Даже рассыпая искры, вы остаётесь необычайно милой. Признаюсь, прежде я не слышал от молодых особ таких решительных речей. Но, – прервался Мишель, обводя Клэр за руку вокруг себя, – ваш голос кажется мне действительно знакомым.
– Признайтесь, вы говорите это всем барышням, с которыми танцуете?
Мишель покорно склонил свою чёрную голову над ней, завершая танец поцелуем в запястье.
– Я практически никогда не танцую по собственной воле, – после этих слов он взял её под руку и стал уводить из центра залы.
– Михаил Александрович! – раздалось у них за спиной.
– Ах, Пётр Николаевич! – с уверенной улыбкой поприветствовал его Мишель, бодро обернувшись назад. – Прекрасный вечер организовала Мари Павловна.
– Мисс Клэр, не желаете ли пройти со мной? – обратился Пётр к Клэр, незаметно предложив ей свою руку.
– Ваше имя – Клэр? Весьма необычно, учитывая нынешнее положение дел с Францией. Но ещё более необычно демонстрировать всюду свои знания английского, – Мишель всячески старался разглядеть её лицо, украдкой заглядывая со всех сторон под маску, при этом не нарушая норм этикета. Тем временем Пётр, не зная, что ответить ему на столь дерзкий плевок, молча умолял Клэр пойти с ним.
– Мне действительно пора. Благодарю вас, Михаил…
