– Благодарю Бога, что поспел вовремя, иначе я бы себе этого не простил, – Мишель аккуратно провёл пальцами по разбитой и слегка набухшей губе Клэр, стиснув от досады зубы до треска.
– Что о вашем прощении, – задумалась она, – полагаю, я больше не могу злиться на вас за тот случай.
–
– Что вы делаете? Прошу вас, встаньте, это ни к чему, – Клэр принялась поднимать его с колен, повторяя, что она не требует к себе такого отношения.
– Боюсь, сегодня я не усну… – сказал Мишель, сияющими глазами следя за её потерянным взглядом. – Я полон сил. Но вы много пережили за сегодняшний день. И я буду крайне не прав, если лишу вас отдыха, который вам сейчас так необходим. К тому же музыка стихла, гости возвращаются по домам, и, думается мне, графиня Миланова также по моей вине до сих пор не сомкнула глаз, – он бережно взял белую руку Клэр и, прикоснувшись к ней губами, направился к выходу. Клэр заметила, чего стоило ему оторваться от её ладони.
– Добрых снов, Клэр Данииловна.
Холодный солнечный луч упорно пробивался через плотные льняные занавески, прикрывающие окно в комнату Клэр. Как ребёнок, она сладко растянулась в постели, приминая ногами мягкое одеяло. В некоторых частях тела Клэр ощущала ноющую боль, которая, по всей вероятности, была следствием вчерашнего марш-броска.
На удивление, после разговора с Мишелем она и правда больше не вспоминала о тех бандитах, которые по иронии судьбы сделали их ближе. Все её мысли были только о нём. Перед глазами стоял его мужественный, благородный образ, отчего её сердце начинало трепетать. Лишь мысли о нём заставляли её улыбаться без всякой причины. Удивительно, что в своём мире она никогда не встречала человека, равного Мишелю по силе, стати, уму и красоте. Прежде в её голове даже не возникал такой идеальный, совершённый образ. «И почему в двадцать первом веке такие не водятся?» – думала Клэр, сокрушаясь, что рано или поздно ей всё же придётся вернуться.
Мысль о Мишеле резко сменилась мыслью о том, что он может исчезнуть навсегда. Она снова задумалась о том, как её угораздило сюда попасть. Одно предположение сменялось другим, начиная от отравления газами, заканчивая психическим расстройством.
В конце концов Клэр закрыла сонное лицо руками и вдруг почувствовала, как что-то маленькое упорно давит на кожу. Вытянув руки перед собой, она обратила внимание на бабушкино кольцо с потёртым, старым зелёным камнем.
«Этого… просто… не может… быть…» В одно мгновение в голове Клэр стало всё проясняться, и каждое событие сплелось в одну длинную цепь.
Неужели кольцо бабушки Элжиры переместило её сюда? Правда ли оно магическое? Почему бабушка, зная, что это может произойти, не предупредила её? Клэр вспомнила недочитанное письмо, от которого её отвлёк звонок Кати. Сейчас Клэр была напугана, но вместе с тем счастлива от мысли, что, скорее всего, причина её невероятного перемещения во времени найдена! Вновь обратив внимание на кольцо, Клэр подумала: если она его снимет, магическое действие снова вернёт её к прежней жизни? Удерживая серебряный перстень большим и указательным пальцами левой руки, Клэр мешкала.
Она резко пробудилась ото сна и, всматриваясь в бесконечные узоры кольца, думала… «Сняв его, я могу сюда больше не вернуться…» Она вспомнила про Мишеля и Майю. При каждой новой попытке его снять сомнение в её голове только усиливалось. Клэр всё больше чувствовала себя на своём месте. Не белой вороной в своём мире, где её душу понимала исключительно бабушка, а действительно на своём месте. До сегодняшнего утра она не признавала этого, но теперь чётко ощущала, что всё происходящее вокруг постепенно становится её частью.
За завтраком Пётр был как никогда молчалив. Его томные зелёные глаза только на мгновение поднимались на сидящую напротив Клэр. Не находя встречного внимания, он вновь опускал их, склоняясь над белой тарелкой с овощами и жареным яйцом.
– Как ты чувствуешь себя, душенька? – спросила Мари, разглядывая царапины на руках девушки.
– Прекрасно, Мари! Спасибо за заботу. Вчерашний день оставил очень много переживаний.
– Некоторым из которых вы определённо рады, – пробормотал себе под нос Пётр, раздражённо вертя печёный картофель вилкой.
– Что вы имеете в виду? – удивлённо спросила Клэр, делая небольшие глотки травяного чая.
– Ну как же? Гости ещё не успели разойтись, а вы с господином Ра́вниным уже о чём-то мило беседовали в вашей спальне. К тому же наедине.
Наконец Клэр поняла причину его утреннего недовольства:
– С ваших слов можно подумать, что вы ревнуете, граф!
– Ревную? Вас? Вы слишком заблуждаетесь на свой счёт. Поверьте, в Петербурге достаточно юных дам куда прелестнее вас, – на этих колких словах Пётр резко отодвинул свой стул и как по щелчку вышел из комнаты, где проходил завтрак.
