– Вот это да! Любезный Мишель Равнин наконец-то посетил наш царский приём в сопровождении дамы, – спокойный, радостный, простой и вместе с тем величественный голос императора ласкал слух. Клэр, будучи в полном изумлении, продолжала стоять с широко раскрытыми глазами, приоткрыв рот.
– Позвольте вам представить мою спутницу, мадемуазель Клэр, – на секунду запнувшись, сказал Мишель, демонстрируя Клэр императору.
– Спутницу? – удивлённо переспросил Александр, переведя взгляд на Клэр.
– Мою будущую невесту, Ваше Величество! – тут же поправил себя Мишель, не обращая на реакцию Клэр никакого внимания.
Взгляд императора Александра невозможно было описать одним словом. Клэр пересеклась с ним глазами и застыла на какое-то время, несмотря на то что царь был намного выше и смотрел сверху. Его серо-голубые глаза производили неоднозначное впечатление. За наивностью и чуткостью, казалось, в них скрываются подозрение и надменность.
– Ваше Величество! – поспешила хоть как-то отреагировать Клэр, склоняясь в низком поклоне.
– Признаться… не мог представить, что у вас, мой друг, столь очаровательная невеста. Вы, мадемуазель, затмили многих в этом зале!
Клэр стояла с глупым выражением лица от растерянности, не зная, как следует ответить на такой комплимент.
– О, благодарю вас. Но… по правде сказать, сегодня я видела здесь дам не менее очаровательных.
Александр больше не обращал внимания на свою свиту и Мишеля. Его взгляд был прикован лишь к Клэр, а её скромность ещё больше раззадорила в нём желание продолжать свою лесть, только чтобы видеть её смущение.
– Кто вы, мадемуазель? Прежде вы точно не появлялись на приёмах подобного рода, – с неподдельным интересом узнавал Александр.
– Верно. Это мой первый приём у Вашего Величества…
– Государь, с вашего позволения я бы хотел обсудить с вами одну деталь касаемо нашей внешней политики, – прервал её объяснения Мишель, предположив, что Клэр может рассказать императору о своей потерянной памяти и неопределённом происхождении.
– Вечер более чем прекрасен, а у вас, господин Равнин, мысли только о службе. Признаться, право, я вас не понимаю!
В одно мгновение Клэр почувствовала, как её ладонь обхватила худощавая, большая рука императора России. Он прикоснулся влажными губами к нежной коже, что заставило её тело вновь задрожать, но на сей раз не от страха, а скорее от той чести, значение которой Клэр с трудом удавалось осознать. Мишель был горд, его лицо светилось и могло показаться, что он принимает это на свой счёт. Однако, когда Александр оторвал губы от её руки, его взгляд остановился на перстне, который блестел от яркого света свечей на указательном пальце Клэр.
Невероятно, как быстро может меняться выражение лица человека. На глазах император сделался серьёзным, его лоб сложился в складки, а во взгляде стали читаться подозрение и страх. Было невозможно не заметить его странную реакцию. Никто из окружающих не понимал, чем она могла быть вызвана, и лишь к Клэр закралась мысль о том, что он уже не первый раз видит её кольцо.
Александр выпрямился и, сказав что-то радостно, но не очень громко, сделался таким, как прежде. Все вокруг стали делать вид, будто ничего не заметили, но в воздухе повисло беспокойство.
– Ну же, пойдёмте, мой любезный Мишель, поговорим о наших делах. Господа! Сударыня! – извинился за свой побег император, напоследок ещё раз взглянув на Клэр. – Вынужден вас на время покинуть.
Чиновники разошлись по углам, а помощник императора побежал за ним и Мишелем.
– Прошу меня простить, Клэр. Я вынужден…
– Понимаю.
– Я клянусь, вам, что не заставлю себя долго ждать. Только прошу, не уходите далеко, чтобы я смог вас найти.
– Вы смогли найти меня, после того как я убежала от вас в лес. Хочется верить, что, где бы я ни была, вы всегда сможете меня отыскать.
Мишель поклонился ей и направился вслед за императором.
Произошло то, чего Клэр сильно боялась. Она стояла одна в центре зала, полного не знакомых ей людей. На лице каждого читались радость и восторг от этого мероприятия. Гости не останавливались, чтобы отдохнуть от вечных прыжков и движений, громко смеясь от любой, даже самой безвкусной шутки. Клэр стала искать место, чтобы как можно меньше привлекать к себе постороннее внимание. Подобрав шлейф своего белого платья, она спешно начала продвигаться сквозь танцующие пары. Заметив, что все укромные уголки уже заняты либо влюблёнными, либо пожилыми иностранцами, одетыми в странные камзолы, которые носили ещё при Екатерине II, Клэр вспомнила про крыло дворца, в котором она увидела свой портрет. Желание отправиться туда никак не оставляло её. Собравшись с духом, девушка решительным шагом направилась в другую часть дворца.
