Дорога оказалась достаточно долгой. Несколько раз Клэр с интересом спрашивала Мишеля, не опоздают ли они. На что он, улыбаясь, отвечал, что гости могут съезжаться ещё очень долго, но к указанному времени точно успеют. На протяжении всего пути она не раз думала об их поцелуе и о том, что, возможно, Мишель захочет поговорить об этом. Клэр не понимала, как строились отношения в девятнадцатом веке. Считалось ли, что они уже пара, или нет? Все эти вопросы она задавала себе снова и снова в надежде, что Мишель их разрешит. К сожалению, он не сделал и единого намёка на произошедшее с ними. Вместе с тем он ласкал её руку, облачённую в полуоткрытую перчатку, и подолгу не отрывал глаз от её лица и шеи.
– Вам когда-нибудь приходилось бывать в Зимнем дворце? – спросил невзначай Мишель в надежде, что воспоминания об этом событии, возможно, сохранились в её памяти.
– Я не помню. Но, мне кажется, вряд ли я могла видеть дворец нашего императора изнутри, – с каждой новой ложью, которую приходилось говорить Мишелю, Клэр чувствовала, как разрывается её душа. Она не была уверена, что он сможет серьёзно воспринять её слова о будущем и перемещении во времени, о бабушкином кольце и прочем.
Солгав ему в очередной раз, она ощутила в груди невероятную тяжесть, которая не покидала её до самого прибытия во дворец.
– Это даже хорошо. В таком случае будьте готовы удивиться этой красоте и роскоши, потому что первое впечатление остаётся в памяти навсегда. У меня будет к вам небольшая просьба.
– Конечно, какая?
– Раз вы во дворце впервые и, скорее всего, незнакомы с гостями, прошу вас держаться меня и не ходить по залам без моего сопровождения.
– Это просто. Мне самой не даёт покоя мысль, что мне нужно будет оставаться одной среди множества незнакомых людей.
– Может, вы и встретите кого-то из своих друзей или родственников, что было бы очень кстати. Тогда всё прояснится, и я наконец смогу просить вашей руки.
Клэр не сразу поняла смысл его слов. Прошло несколько секунд, прежде чем её глаза в удивлении расширились, а губы возмущённо задрожали.
– Что вы сказали?
– Я сказал, что, когда мы узнаем о вас всю правду, я с чистой совестью смогу сделать вас своей женой.
– Но… эм-м… Вы же меня совсем не знаете. Как вы можете быть уверены, что я именно та, с которой вы хотите связать свою жизнь?
– Мне достаточно того, что я уже знаю о вас и что подобных вам, Клэр, я никогда не встречал. Да и вряд ли встречу когда-либо ещё.
Клэр совершенно не знала, как вести себя в подобных ситуациях.
– Я правильно поняла: делая предложение мне, ты должен сперва узнать мнение моих родных, а не моё?
– Разумеется. Мы не можем состоять в законном браке без родительского благословения. Другое дело, если у вас их нет.
– Немыслимо… – прошептала она, едва открыв губы и продолжая морщить лоб от непонимания.
Наконец настал момент, когда карета замедлила ход, а впереди показался освещённый огнями дворец. В окне Клэр вдруг увидела знакомые улицы и постройки. Бесконечно скачущий пульс учащался ещё сильнее в такт её дыханию. От волнения она стала слегка трясти ногой.
Видя её волнение, Мишель взял её за руки и, посмотрев в глаза, сказал:
– Клэр, всё в порядке! Я с вами, вам не о чем волноваться.
– Расскажи мне, что нужно делать, если вдруг я встречу императора?
– Вы его определённо встретите. Ведь Его Величество прежде не видел меня на своих приёмах в сопровождении дамы. Увидев вас, он, разумеется, захочет, чтобы я вас представил.
В глазах Клэр всё ещё стоял вопрос, о котором она молча намекала своими хлопающими ресницами.
– Это просто. Я представлю вас ему, и если он заинтересуется вашей персоной, то поспешит оказать вам своё внимание. Император протянет руку, чтобы поцеловать вашу.
Мысль о том, что сам император Александр I, возможно, заговорит с Клэр и что ещё невероятнее, поцелует ей руку, сводила её с ума. Только сейчас она осознала, что на уроках истории надо было учить материал, а не слушать «Hollywood undead» и другие музыкальные группы, рисуя каракули на полях тетради.
Карета остановилась перед входом во дворец, минуя центральную арку. Мерцающий жёлтый свет, льющийся из окон огненной волной, освещал всю дворцовую площадь. Казалось, день, миновал ночь и опять вступил в свои права.
Когда Клэр и Мишель стали входить в парадную дверь, предъявляя приглашение императорской страже, в какой-то момент все её волнения улетучились и она почувствовала себя в привычной обстановке, как и на именинах Мари.
