Там действительно было письмо, в уголке которого она увидела кокетливый цветочек – символ их байт-да’ара. То самое письмо от Зарият, которое она удалила не читая. С нехорошим предчувствием Замиль клацнула по нему, чтобы раскрыть.
Ниже светился зелёный код перехода, как ядовитый кошачий глаз в темноте. Замиль вдохнула с обречённым спокойствием человека, чьи худшие опасения сбылись.
– Нажми на переход, сама увидишь! – Джайда прильнула к ней, тоже заглядывая в экран.
– Ты нажала и перешла? – раздельно спросила Замиль.
– Конечно! Как ты мне и показывала. А там…
Наверное, не стоило этого делать. Но такой уж выдался день, не получилось сдержаться. И Замиль от души дала Джайде затрещину.
– Дура! – прошипела она. – Трижды дура! Неужели трудно понять, зачем это нужно Зарият! Этот переход – якорь! Чтобы отследить тебя!
– Но… как? – ахнула Джайда. Она тёрла ухо, по которому пришёлся удар Замиль, и выглядела не разгневанной, а расстроенной, как ребёнок, который очень старался угодить старшим, но у него не вышло.
– Потому что по щелчку на переход можно определить, откуда он сделан! Если, конечно, этим знающий человек займётся! А Зарият явно передала наши данные шейхам! Дура!
Замиль осеклась. Джайда не поймёт её объяснений, да она и сама не много-то может объяснить. Как такие вещи на самом деле работают, и что из того, что болтают, правда, а что миф, она и сама не знала. Но похоже, самые мрачные предсказания Салаха сбываются. Их не оставят в покое, выследят, даже в этой поганой дыре выследят, и…
Она ещё раз глянула на прочитанное письмо. Не без злорадства отметила мелькавшие тут и там орфографические ошибки – Зарият не получила хорошего образования. Впрочем, ей оно было и не нужно.
– Что теперь будет, Замиль? – голос Джайды дрожал.
Замиль посмотрела на неё, и резкий ответ увял у неё на губах. В конце концов, это она втянула несчастную простушку во всю эту историю и теперь видела, что Джайда растеряна, расстроена и напугана, не понимая ни причин гнева Замиль, ни того, чем ей грозит гнев Зарият. Но ощущая, что приближается что-то плохое.
– Сделаем так, – с этими словами Замиль перевернула наладонник и нажала ногтем на пластинку у края. Устройство вздрогнуло, и голубоватая пластина корпуса отошла.
– Что ты делаешь, Замиль? – попыталась воспротивиться Джайда.
– То, что давно надо было, – Замиль выковыряла круг аккумулятора и бросила батарею и корпус по отдельности на кровать.
– Не вздумай вставлять обратно, ты поняла? – отрезала она, глядя на Джайду. – И да, знаешь… начни собирать свои вещи.
– Зачем? – растеряно спросила малийка.
– Мне кажется, мы здесь долго не останемся, – и подхватив сумочку, Замиль выбежала из комнаты.
Глава девятая
– А кроме следов в Зеркале, он сказал, что кто-то донёс. Кто это мог быть? Кто? – в голосе Таонги плясали истеричные нотки.
– У меня есть одна мысль, но сейчас не это важно, – Салах стоял напротив неё, пощипывая ногтями бородку. – Ты веришь этому… Фаику?
– Верю! – голос женщины прыгнул вверх на последнем слоге, но, вдохнув, она заговорила чуть спокойнее: – У него нет причин мне лгать. Мы никогда не были врагами, и он кое-чем мне обязан. Да, я ему верю. И вижу, что он сам напуган. Люди шейхов скоро будут здесь. Что нам делать?
– Я собираюсь бежать сегодня же, – Салах не колебался с ответом, – не выходить в Зеркало, не звонить, а лучше – разобрать наладонники. По ту сторону моря можно затеряться, там с этим проще, чем на Острове.
– Нет, что делать мне? – Таонга стояла против него в своём шитом по нигерийскому образцу бело-сине-зелёном платье. Она охватила руками широкие плечи, словно пыталась сжаться. Здорово же она испугалась. Что ж, плата за попытки играть с шейхами по их правилам.
