Глава четвёртая
Ловит. Всё-таки в Зеркало отсюда войти можно.
Таонга довольно усмехнулась. Не зря она брела по жаре. Наладонник старой модели не вытянул бы некоторые из модных программ, но этого от него и не требовалось.
Она закусила губу, пытаясь войти в склад данных – хорошо, был полезный знакомый, который научил её с такими вещичками обращаться. Если она сейчас всё правильно вспомнит, то получит доступ к своим контактам. И сможет набрать… кого надо.
Таонга даже прищурилась от удовольствия, когда поняла, что всё идёт так, как она и хотела – папка с данными раскрылась после запроса пароля, и вот, пожалуйста, она опять она в причудливой зазеркальной реальности.
«Они могут выследить человека просто потому, что он вошёл в Зеркало под своим именем», – всплыли в её голове слова знакомого, но она яростно потрясла головой. Во-первых, она заходит не под своим именем, во-вторых, кому она вообще нужна?
Круглый маленький диск в правом углу экрана, показывавший покрытие, был черным едва ли на четверть – слабое, очень слабое. Черт, а ведь ей же ещё надо скачать маль-амр. Клацнув по нужной клавише, женщина сморщилась, увидев значок «1 процент». Ну что ж, раз так, будем ждать.
Оторвавшись от монитора, она огляделась по сторонам. Эта часть Фавиньяны была сейчас почти необитаемой – скалистая равнина с узкими спусками к морю. Поднявшись на зубчатый утёс, можно было увидеть ещё пару домиков, подобных тому, в который их привёз Стефано, но здесь, в той небольшой ложбинке, в которой устроилась она сейчас, создавалась полная иллюзия уединённости.
Впрочем, Таонга была явно не первым человеком, который оценил этот каменистый пляж, спускавшийся прямо к лениво шипящему морю – помимо небольшой скамеечки, где она присела, виднелись и крепления для палаток, и остов раскладного столика. Кто-то приходил сюда, устраивал пикник, прыгал в море с камней, возможно, и пил…
Кстати, пил! И Таонга ухмыльнулась себе.
Её поход в городишко принёс ей не только подержанный наладонник. Но ещё и это – она, протянув руку к своей спортивной сумке, осторожно порылась там и наконец ухватила за горло бутыль.
Махдисты не переносили алкоголя, ибо и сам Махди ненавидел эту «мочу Иблиса». Запрет его производства и продажи, закрытие баров было едва ли не первым, что они сделали, установив контроль над Островом. Да только человеческая природа неизменна, людям всегда будет хотеться дурманить себя.
И вскоре отошедшие от шока «старые люди» вернулись к древнему промыслу предков. На Острове – и даже на этом островке, как оказалось – и продолжали гнать граппу и другое крепкое пойло из различных плодов. Власти сначала пытались проводить облавы, но в конце концов махнули рукой – тогда бы пришлось пересажать почти всех назрани, то есть около половины населения Острова. Наиболее экономически активной половины вдобавок. Единственное, за чем они следили, так это за тем, чтобы хмельное не продавали. Вот за это можно было поплатиться. Впрочем, всё равно продавали из-под полы, конечно, просто не так открыто, как кат или кеф. Но чаще гнали для себя. Она же там, в городке, буквально очаровала местных, кроме того, выяснилось, что у неё есть с владельцем ресторанчика общие знакомые в Марсале, после чего их недоверие растаяло окончательно, и… короче, эту бутылку «пищевых добавок» ей продали даже недорого.
Задумавшись о старых временах, когда, по крайней мере с этим, всё было проще, Таонга аккуратно открутила пробку и, поднеся бутыль к носу, втянула знакомый запах. Терпкий и едкий дух домашней граппы. Да, с этим напитком у неё многое связано в жизни. Впервые она отхлебнула его ещё в школе, точнее, в подворотне за школой, когда её угостил её тогдашний парень. Просветляет мысли и делает эту жизнь терпимой. Она, конечно, потом жевала кат и иногда затягивалась кефом, но всё это не то. Это…
