Лондон приветливо встретил Робби Кэя слишком теплым солнечным утром, грозящим перейти в удушающе влажный июльский знойный день. Не совсем типичная погода для летней Англии вообще и Лондона в частности. И Робби показалось, что он никуда и не улетал из Хьюстона с его постоянной летней духотой и жарой. Но глядя на мелькающие в окне черного кэба здания в стиле классицизма, с характерными четкими формами и пропорциями, попадающиеся изредка красные телефонные будки, которыми уже давно никто не пользовался, но которые были неким символом города, и проезжающие мимо тоже красные даблдекеры, Робби Кэй точно знал, что он вернулся в родной и любимый Лондон — к себе домой. Роб скучал по этому городу с его улицами, площадями, зелеными садами и парками. Скучал по шуму дневной суеты многонационального города и в то же время — по неспешно текущему укладу жизни лондонцев. Скучал по особенному запаху Лондона — смесь ароматов парфюма лондонских снобов с Пэлл-Мэлл-стрит и восточных специй пакистанских рынков, с примесью тонкого запаха дорогой кожаной обуви и деловых портфелей завсегдатаев Ломбард-стрит, насыщенного цветочного аромата рынка Портобелло, и обязательный ингредиент — свежесть океанского бриза и своеобразный запах речной воды Темзы… Странный и неповторимый запах, присущий только этому городу. Робби соскучился и по вкусу Англии, особенно по любимому «карри» мистера Панджаби — в Америке такого точно не попробовать. Роб скучал по друзьям, которые остались в Лондоне, и с которыми нужно было непременно увидеться. Да чего уж там, он успел даже соскучиться по своим друзьям по Хьюстону — Джозефу, Дэну, Кэлуму, которые улетели в Лондон всего лишь недели три назад. Особенно по Кэлуму Бирну. Но Кэл должен был сегодня вернуться из Португалии, и Дэн Дросфилд ждал вечером всю их теплую компанию у себя — лондонские каникулы начинались весьма неплохо. У Робби Кэя были грандиозные планы на эти летние каникулы — эдакий многослойный кремовый торт сплошных удовольствий от предстоящих поездок и встреч, сулящих массу новых впечатлений. Вот только у Робби было чувство, что на этом торте не хватало вишенки. И предчувствие его не обмануло.
Это было, в общем-то, ничем не примечательное утро для Робби Кэя, если не считать яркого солнца за окном и отличного настроения. Накануне вечером семейство Кэев вернулось из заранее ими запланированной еще в Штатах поездки по Шотландии с ее средневековыми замками, с захватывающими дух живописными пейзажами, вискарнями с отменным Шотландским виски, который Робби, правда, только попробовал. А вот местный темный эль в Эдинбурге они с мамой очень даже заценили и, конечно, привезли с собой — друзья тоже хотели «оценить» легендарный эдинбургский эль. Но эль — это на сегодняшний вечер, а сейчас чертовски хотелось кофе. Гранде мокко с белым шоколадом из Starbacs — было бы идеально. Но сейчас и кофе с молоком вполне сойдет. Когда Робби появился на кухне, родители уже завтракали, и у обоих были какие-то загадочные лица. Словно они выиграли миллион или знали какой-то секрет, которым им не терпелось поделиться.
— Доброе утро, пап. Доброе утро, мам, — Робби первым делом направился в кофеварке и налил себе чашку кофе.
— Доброе утро, Питер Пэн, — родители произнесли свое приветствие в унисон.
Робби вздрогнул, опустил с грохотом чашку на мраморную столешницу и медленно повернулся… Где он успел проколоться? Как они узнали?
— Айван, ну скажи ему уже, — Стефани толкнула мужа локтем в бок. — Не тяни, а то я сама скажу.
— Я сегодня утром получил контракт от телеканала ABC, — Айван положил на стол перед собой довольно увесистую стопу бумаг. — Уже успел прочитать и даже подписать. Неплохие условия, и сроки съемки вполне подходящие. Осталось только подписать тебе, — Айван видел, с каким замешательством сын смотрел на бумаги. — Помнишь, ты говорил, что в апреле, когда снимался в Ванкувере, проходил кастинг на роль Питера Пэна в каком-то сериале? Так вот, они утвердили тебя. И через десять дней ждут в Ванкувере.
Робби завис взглядом на бумагах — он потерялся во времени, пространстве, в реальностях… Он совершенно забыл о том кастинге. Вернее, вычеркнул из своего списка, когда не дождался приглашения на роль. А теперь этот неожиданный контракт, который прислали, даже не став дожидаться его предварительного согласия, будто были уверены… А ведь он так хотел на время забыть о Питере Пэне, отдохнуть от обязанностей возложенных на него в другой реальности, просто побыть обычным подростком пару месяцев. Он даже не взял с собой браслеты, чтобы не бередить себе душу и не искушать соблазном — снова вернуться Неверлэнд. Еще слишком свежи воспоминания о том, что случилось в его Неверлэнде. Он только-только научился контролировать боль в своем сердце, как снова получил напоминание… Нет, он безусловно был рад этому предложению, потому что съемки — это было именно то, что ему безумно нравилось. И вроде это и была та самая «вишенка» на его торте удовольствий, но вот только Робби не понимал — нужна ли она ему именно сейчас?
