— Да, в Листерию, о которой я много слышал, но никогда не видел. Зато видел, как управляемый Капитаном Киллианом Джонсом уплывал к горизонту «Веселый Роджер», унося от берегов моего Мира и Хеллиона, и Феликса, и тебя… Сидни, — Робби не знал, как именно отреагирует Холли на его признание, и не отрывал взгляда от темных глаз девушки, которая, казалось, не восприняла его слова всерьез.
— Вообще-то, я не бариста, а управляющая этой кофейни… — Холли вдруг улыбнулась и стащила с волос резинку, которая стягивала высокий хвост, и тяжелые темные пряди, обрамляя четкими прямыми линиями бледно-фарфоровое лицо, упали на плечи девушки. — Он попросил меня разыскать тебя, а я знала, в какой день и в какой час ты появишься в моем кафе. Поэтому пришлось всему персоналу укоротить рабочий день, а самой встать за прилавок и вспомнить не только навыки баристы, — девушка сняла заколку, позволяя густой челке закрыть лоб и черные брови правильной формы. — У него есть для тебя послание, которое касается тебя, Киллиана и всех нас.
Робби, завороженно наблюдая за перевоплощениями Холли в привычную для него Сидни, точно знал, кто именно попросил Сид разыскать его. Он дернулся, когда Холли, протянув через столик правую руку, коснулась его правой ладони своими прохладными пальцами. Роб хотел было убрать руку, но девушка быстро перехватила его ладонь и крепко сжала ее. Реальность вокруг стремительно завертелась и размылась, сменяя обстановку уютной кофейни на совершенно другую: темные стены, украшенные гобеленами; массивная резная дверь черного дерева; тяжелые портеры темно-красного цвета не закрывают окон, позволяя лучам двух разноцветных солнц, рассеиваться легкой ненавязчивой серостью. Левую ладонь Робби Кэя по-прежнему крепко держала Сидни, которая, закрыв глаза, стояла к нему вполоборота, а его сознание будто находилось в плену привычно-яркой синевы озорных глаз…
Red — Best Is Yet To Come
— Ну, здравствуй, Питер.
Робби завороженно смотрел в синеву и пытался понять, каким образом он смог оказаться в… Листерии. Он даже на мгновение закрыл глаза, не веря, что такое вообще возможно… Возможно, это просто сон, но ему никогда не снились другие Миры… Возможно, когда он откроет глаза, то снова окажется за столиком в кафе на окраине Сан-Диего…
— Не закрывай глаза, Питер, иначе я не смогу удерживать твое сознание. Это, знаешь ли, довольно трудно.
Робби снова открыл глаза, обвел взглядом мрачноватую комнату, которая не преобразилась, став снова уютным залом кофейни, и встретился взглядом со статным светловолосым юношей в темно-серых, богато расшитых серебром одеждах, который, в свою очередь, заинтересованно наблюдал за его реакцией. Если бы Робби ничего не знал — что-то от Колина, что-то от Холли, то решил, что перед ним стоит Бен. Но обаятельная улыбка и озорной мальчишеский блеск ярко-синих глаз подсказывали Робби, что это никто иной как…
— Хеллион! — он было дернул руку, чтобы освободиться от крепкой хватки Сидни и обнять парня, которого был безумно рад видеть. Роб не понимал, да и не хотел понимать, как Хеллиону удалось затащить его сознание в свой Мир.
— Нет, нет, не отпускай ладонь Сидни, — Хелли предостерегающе покачал головой и улыбнулся. — Потому что она помогает мне держать связь с тобой. И я не знаю, как долго будет длиться эта связь и сколько у нас времени.
Робби взглянул на девушку, которая выглядела так, будто находилась в трансе: лицо как застывшая маска, закрытые глаза, никаких движений. Ее руки были скрещены так, что левая крепко держала правую ладонь Питера, удерживая его сознание и позволяя ему встретиться с подсознанием Хеллиона, которого Сид держала за левую ладонь.
— Как ты, Хелли? — лицезреть взрослым того, кого привык видеть маленьким мальчиком, было несколько непривычно. — Справляешься с обязанностями Верховного Мага Листерии?
— Я еще не вступил в полноправное правление Листерией. Сегодня на закате двух солнц мне предстоит пройти последнюю и самую важную церемонию, — парень улыбнулся. — Но если в целом, то все очень даже неплохо. А проходить все испытания и вовсе весело, и я бы даже сказал — слишком просто. И в общем-то, мне нравится этот Мир, которому суждено стать моей Вечностью. Но, если честно, я скучаю по Неверлэнду. Мы все скучаем. А кое-кто и вовсе места себе не находит, потому что не может вернуться, — Хелли не уточнил, кого именно имел в виду, но Робби догадывался, о ком он говорил. — Прости, но мы не ожидали, что окажемся в ловушке.
— Но ведь после церемонии все измениться, и граница Листерии снова станет доступной для скольжения?
