Картинка чужого подсознания стала четче и Робби сначала «увидел» множество обезличенных пусть и разными оттенками серости людей, практически сливающихся в единую серую массу. А потом он увидел на чуть возвышающемся подиуме непривычного для себя Феликса в образе Цепного Пса — стройный, подтянутый, собранный; его обычно спутанные неверлэндскими ветрами светлые волосы были подстрижены короче и аккуратно уложены, подчеркивая благородство его утонченного лица, привычная бледность которого выгодно контрастировала с черным цветом кожаных лат, облегающих его фигуру; серость его плаща была разбавлена серебром и пурпуром, и было немного странно видеть в ахроматичной Листерии эти цветные пятна… Робби откровенно любовался тем, кого с уверенностью мог назвать своим верным другом, пусть и в другой реальности: взгляд парня был прикован к огромным песочным часам, серебристая нить песка в которых казалась почему-то застывшей, и Робу нужно было поймать момент, когда Феликс обратит внимание на Киллиана, и подать ему знак, как они и договаривались…
— Дай нам знать, когда окажешься рядом с ним.
Вопрос лишь…
— Как именно?
— Неважно. Но лучше что-то очень эмоциональное. Я думаю, ты найдешь способ.
Что-то очень эмоциональное… Легко сказать.
Робби отвел взгляд от Феликса и «увидел»: и задумавшуюся над чем-то Сидни в светло-сером платье, подпоясанном красным поясом; и Бена, взгляд которого был буквально прикован… нет, не к Киллиану, а к светловолосой девушке, которая стояла рядом с Кэпом, завораживая того взглядом своих глаз почти аметистового цвета и переливчатым голосом. Девушка Робу была незнакома, и о чем она разговаривала с Киллианом, он разобрать не мог — обрывки фраз, которые ему удавалось «расслышать», ничего не проясняли. Но он почему-то ощущал, что Киллиан будто находился под воздействием чар этой незнакомки, которую Роб вроде как отчего-то должен знать, а еще он почувствовал, как сердце пропустило удар от… укола ревности. Почему-то захотелось поставить эту дамочку на место и дать ей понять, что с Капитаном Джонсом ей ничего не светит…
— Прости, мне не нужно было об этом говорить.
— О чем? — провалившись в другую реальность, Робби совсем не слушал Колина, и, вкинув голову, непонимающе уставился на него.
— О том… — судорожный вдох и смятение в голубых глазах. — О том, что я не поздравил тебя с прошедшим днем рождения.
— Можешь поздравить сейчас, — Роб приподнялся на локте и навис над притихшим Колином — идея о том, как подать знак Феликсу, а заодно отвадить симпатичную намертво прилипшую к его Киллиану дамочку, пришла неожиданно. И, возможно, он пожалеет о своем порыве, но Хеллион говорил о чем-то эмоциональном, что должен почувствовать и Киллиан, так почему бы и нет? Главное, самому не пропасть в своих эмоциях… Робби медленно облизнул губы и, глядя в застывшие недоверие в голубых глазах, выдохнул свое разрешение, которое скорее было адресовано самому себе. — Я непротив…
Робби осторожно прихватил зубами нижнюю губу Колина, как обычно это делал Питер, быстро поцеловал место укуса и каким-то молниеносным движением оказался сидящим сверху замершего под ним мужчины. Наверное, его порыв оказался слишком неожиданным, потому что во взгляде буквально вжавшегося в постель Колина он отчетливо видел смятение. Робби и сам сомневался в том, что собирался сделать, но все же расстегнул еще несколько пуговиц на рубашке Колина и осторожно коснулся кончиками пальцев обнажившегося живота, ощущая, как от его прикосновений дрогнули и сократились мышцы, рождая непреодолимое желание почувствовать их упругость и рельефность. И Робби, подчиняясь этому желанию, скользнул ладонями по напряженно застывшем животу Колина… его груди… и снова по животу… Медленно… Неторопливо… Будто заново изучая рельеф его тела… Нет, не заново. Руки привычно скользили по обнаженной коже, и Робби, закрыв глаза, погружался в воспоминания о днях, когда они были вместе… когда были близки… И сейчас он балансировал на остроте ощущений от этой близости, которую он занес в свой запретный список, но сделал исключение на одну единственную ночь. Только бы удержаться на грани этой опасной остроты… Только бы не сорваться и не нарушить собственный запрет… Он сможет. Он справится со своими эмоциями и с нахлынувшим желанием. Наверное…
