— Сейчас, Эльфиус Иберг, ты будешь учиться писать, — и, увидев исказившееся личико омеги, добавил, — Это не обсуждается! Я! Так! Решил!
— Оме, прошу вас, оме! Не надо! — Эльфи пополз под стол, пытаясь встать передо мной на колени.
— Не понял? Это, что у тебя за страх такой перед учёбой? Эльфи, ты взрослый человек, беременный даже. И ты до сих пор не понимаешь как важно, что-то знать и уметь? Вот смотри, ребёнок у тебя родится, чему ты его сможешь научить? — воззвал я к разуму омеги.
— Но, оме…
— Что оме? Легко апеллировать ко мне, твоему господину? Оме то, оме сё, оме всё сделает, оме всё решит! Здòрово! Ни о чём думать не надо!.. — я сделал паузу, распаляемый праведным гневом — достал уже, в самом-то деле!
— Эльфичка, дорогой мой, — выдохнул я, и поднял омегу к своему лицу, удерживая ладонями за щёчки, — скажи мне, что ты будешь делать когда меня не будет, а?
Эльфи уставился на меня широко раскрытыми глазами, под моим пристальным взглядом они наполнились слезами:
— Как, оме! — Эльфи шмыгнул, — почему вас не будет? Вы, оме, искусник. Искусники дольше живут…
— Угадай с трёх раз! — спросил я, не отпуская омегу.
— Ну-у… Я не знаю, оме! — сдался Эльфи.
— Думай, Эльфи, думай! — Сила Великая! Я просто видел, как тяжело даётся Эльфи мыслительный процесс, — Даю подсказку! Что ты сейчас видишь перед собой?
— Вас?
— Безусловно, меня. Конкретно, что видишь? — настаивал я.
— Вас, оме, — заклинило омегу.
— Бля! Ясно, что меня. Точнее можешь сказать!
Эльфи молча помотал головой, смотря на меня остановившимся бессмысленным взглядом.
Ну вот, что с ним делать! Сука, интеллект ведь, по крайней мере, на Земле, передаётся через X хромосому. Здесь также. Какой интеллект будет у его ребёнка? С такими то мозгами у родителя?
— Эльфи, успокойся, — я по прежнему держал омегу, — давай рассуждать… Что именно ты видишь перед собой?
— Вас, оме…, - омега находился на грани истерики, не понимая, чего я от него хочу.
Бля!
— На что ты смотришь?
— На вас… оме…
— Не на кого, а на что? Разницу чувствуешь? Вот твои глаза смотрят сюда, так? — я, выпустив Эльфи, провёл пальцем от его глаза до своего лица, — что ты видишь?
— Лицо? Ваше…, - несмело вопросил он.
Есть! Сдвинулось!
— Эльфи, ты знаешь, мне кажется, в лесу кто-то подох…, - выдохнул я спокойным безразличным голосом.
— Кто, оме?
Я прошёлся по комнате:
— Неважно, кто, Эльфи.
— А зачем вы мне про это сказали?
Тяжело в деревне без нагана!
— Ладно, проехали…
— Оме, вы так непонятно говорите. Куда проехали, кто проехал?
— Мы проехали, Эльфи, мы…, - я подошёл к столу и хлопнул по нему ладонью, — Продолжим. Итак, мы с тобой выяснили, что то, что ты видел перед собой, это было моё лицо. Так?
Эльфи кивнул.
— Так. А на лице ты видел что?
— Глаза…, - пролепетал омега, — ваши…
Блядь! Да что такое с ним сегодня. Или он всегда такой? Просто я не замечал? Вдох, спокойнее, Саня, спокойнее. Выдох… Вдох… Выдох… Во-о-от… Полегчало…
— Помимо глаз, что-то ещё видишь?
— Рот вижу, нос…
Убью! Дышим, дышим…
— Эльфи, я тебя задушу… Щёки видишь?
— Вижу… оме… — Эльфи едва лепечет, весь сжавшись от страха.
— Что на щеках?
— Ш-шрамы?
— Вопрос — откуда они?
— Я н-не знаю. Вы не говорили…
А ведь действительно. Я ему не рассказывал, что в меня попала кровь демона.
— Рассказываю. Там, в замке, когда я вас повёл в портальный подвал, раненый демон ударил меня по лицу и его кровь попала в мои раны. Теперь эта кровь меня отравляет. Поэтому… Поэтому, Эльфи, долго я не проживу. Говорю я тебе об этом только потому, что ты — мой Личный Слуга и должен это знать. Так понятно?
Эльфи, прижав кулачки к щекам, глазами снова наполнившимися слезами смотрел на меня.
— Теперь. Всё, чему я тебя учу будет полезно тебе и твоему ребёнку.
— Оме! — Эльфи вскочил с табурета и крепко обхватил меня руками, — Оме! Оме-е…, - разрыдался омега обильно смачивая слезами мою рубашку.
— Ну… ну…, что ты мой хороший, — острая жалость резанула по сердцу и я гладил Эльфи по голове, сам обнимая его и поражаясь своим эмоциональным качелям (только что свирипел, а теперь обнимаюсь), — Не плачь. Я ещё живой…
Рыдания усилились…
Я сел на табурет и Эльфи перебрался ко мне на колени, обняв за шею и уткнувшись носом куда-то за ухо в нечёсаную с утра гриву волос…
— Оме, может быть можно что-то сделать? Вы же искусник. Великая Сила помогает искусникам, — прошептал он, выплакавшись у меня на руках.
— Может быть и можно, только я не знаю, что…, - ответил я, — но вернёмся к нашим баранам.
— Каким баранам, оме? — вопросил омега, распухшими после слёз губками, опустив нос.
— Вот этим, — чуть отстранившись от него, чтобы лучше видеть, я чуть коснулся его носа, — Садись за стол, будем учиться писать.
До самого обеда Эльфи учился писать печатные буквы, переписывая из кулинарной книги рецепты. Пыхтел, старался, высовывал язык, ставил кляксы, все руки перемазал в чернилах, но писал не отвлекаясь.
На обед перекусили гороховым супом, жареной в кляре рыбой, напились чаю. Веник был подмыт, накормлен, запелёнат и мы все четверо, включая кошку, вышли прогуляться по зимнему лесу — подышать свежим воздухом.