Мутная, непроглядная, неподдающаяся никакому воздействию пелена висела передо мной, когда я смог погрузиться в мозг Эльфи (давно надо было это сделать! ещё когда он впал в ступор после нападения демона). Отзвуки испытанных за день эмоций захлестнули меня, налетели и закружили яркой, пёстрой волной, бессмысленно расходуя внутренние силы разума омеги. Всё, всё, что он помнил за последние недели, преобразовалось в эмоции и никак не осознавалось омегой, не позволяя их осмыслить, отрефлексировать и двигаться дальше. Большинство этих эмоциональных переживаний ходили по кругу, зациклившись на каком-либо особенно ярком эпизоде.
Осознав себя внутри сознания Эльфи, я шуганул налетевший на меня рой мотыльков-воспоминаний — часть из них распалась, истаивая разноцветными клочками, и почувствовал, что вишу в серовато-розовой мгле, изредка разрываемой серебристыми полосами тумана.
Память, где его память? — искал я, хаотично двигаясь в этой смеси непонятно чего. Беззвучно кувыркаясь на меня налетел обрывок бумаги испещрённый каракулями — я удержал его около себя просто пожелав этого (рук-то нету). Оглянулся вверх, вниз (направления, не имея тела, можно только почувствовать), где-то далеко подо мной опять же во мгле, прошлогодними листьями была насыпана кучка обрывков бумаги — судя по всему, сознание Эльфи так интерпретировало память. Изредка в этой кучке встречались целые листки. Никаких стопок книг, как у Сиджи и Юта, и уж тем более полок с папками, как у меня тут не было. Налетел какой-то ветерок (откуда? Вот уж точно — сквозняк в голове!), разметал кучку с обрывками, при этом, часть из них просто растаяла, рассыпалась прахом в окружающей мгле. Это что? Не хочу и не помню? Выходит так. Эх, Эльфи, Эльфи…
Звякнуло. Ко мне выкатился золотистый узорчатый тубус. Я придвинулся к нему, пытаясь понять, что это такое. Узоры на тубусе начали меняться, повинуясь моему желанию знать, что он из себя представляет. Навыки косметолога! — догадался я. Оглянувшись, заметил, что ко мне начало прибивать обрывки бумаги с записями. Клочки разного цвета (видимо, разная эмоциональная окраска), записи, где ровные, как на подбор, где просто чудовищные каракули, сделающие честь любому врачу. Формирую папку-файл и начинаю волей перебирать бумажки, разглаживая мятые и аккуратно укладывая их в папку. Поначалу много в одну папку класть нельзя — у Эльфи, очевидно, нет привычки систематизировать свои воспоминания и перегружать ёмкости для памяти нельзя — непривычная к этому голова просто не выдержит. А где его языковые файлы?
Стоило только выразить желание, как мне тут же была показана обшарпанная картонная папка с обрывками ботиночных шнурков вместо завязок (грамотей, мать его!) из которой в разные сторòны торчали разрозненные листки с обломанными от ветхости и рваными краями. Так сознание Эльфи откликнулось на моё желание увидеть его знание языка — немецкого, естественно!
К папке тянулись ассоциативные связи разной толщины — всё таки, говорит-то Эльфи нормально, не заикается, хотя его словарный запас довольно беден. Среди этой путаницы мне удалось, просто посмотрев на опутывающие папку нити, вычленить сравнительно недавно появившиеся связи письменного языка. Есть результат от наших занятий! Есть! И с той сторòны папки, от которой тянутся эти нити сама папка, как будто выглядит получше. Мало того, с этой же сторòны от папки идут связи куда-то вдаль, разветвляясь пушистым пучком. Мелкая моторика! Она и так у Эльфи неплоха — трудно заниматься маникюром с плохой моторикой. Но дополнительное улучшение никогда не помешает. А во что превратится том русского языка в таком бардаке? Эщельме-бещельме?
Ладно, продолжим осмотр. Двинувшись в сторòну от кучки обрывков, периодически взметаемых сквозняком, я заметил сетку спускавшуюся сверху вниз. Это ещё что? Откуда? Отвел тонкие поблёскивающие кручёные нити в сторòну, наткнулся на ещё одну сеть. Цвет у них разный, одна угольно-чёрная, другая радужно-переливчатая. Ткнулся в радужную, пытаясь понять, что это. Пришло осознание — это наша с Эльфи связь, делающая нас истинными по отношению друг к другу. А расцвечивает её любовь Эльфи ко мне. А чёрная? Ткнулся в неё. Травма от гибели Лило и последующее повреждение сознания, а багрово-коричневая часть этой же сети, уходящая глубоко вниз — изнасилование. Чёрная сеть кусками опутывает сознание омеги, то пропадая, то проявляясь, её следы видны даже среди бумажных клочков памяти, чёрные нити переплетаются между собой, прòнизывают окружающее пространство. Время от времени они набухают и становятся толще, как будто высасывая что-то, напитываясь силой из сознания омеги и тогда в этих местах мгла становится реже, тоньше, кажется, ткни и оно порвётся в клочки как воздушный шарик, разрушая всё вокруг, и уничтожая личность Эльфи.