— Чё ж ты жалуешься-то? — задал я риторический вопрос, подойдя к нему и схватив за волосы на затылке.
— Я-а… не… нет… не жаловался, — ответил он затравленно глядя мне в глаза. Я сразу же почувствовал его ложь. А ну-ка, ну-ка!
— В глаза смотри! — приказал я перепуганному Шиарре. Глядя ему в глаза я почувствовал в эмоциях оме страх, боль от грубо схваченных волос и постепенно нарастающее сексуальное желание.
— Вот значит как! Значит спокойно сидеть мы не хотим! Значит мы коменданту жалуемся! — продолжил я наезжать на оме, ощущая растущее в нём возбуждение.
Рука оме, державшая бокал с вином, ходила ходуном грозя пролить вино.
— Допивай, сучонок! — приказал я ему, не отпуская волосы
Трясущейся рукой он поднёс бокал ко рту и начал глотать вино, захлёбываясь и проливая его на рубашку, по прежнему не отрывая от меня огромных глаз с расширившимися зрачками. Запах возбуждения достиг моего носа. Что это? Да он никак потёк?
Левой рукой я распустил завязки своих штанов и резко прижал голову оме к своему паху:
— Отсасывай!
Шиарре протянул руки, приподнял член вверх и, глядя на меня снизу, осторожно провёл языком по члену от мошонки к головке. Оттянув кожу и обнажив головку, он аккуратно заглотил член и начал, удерживая его во рту водить языком по его нижней части. Сам я, найдя точку на животе в которую меня ткнул мастер Тилорн надавил на неё двумя сложенными пальцами. Перейдя на энергетическое зрение я увидел как сетка светло-синей энергии окутала член и он налившись кровью закаменел, увеличиваясь в размерах. Впрочем, так как я сам был омегой (что уж теперь!), размеры члена не были поражающими воображение — так, сантиметров 12, не больше.
Почувствовав, что член возбудился я, удерживая Шиарре за волосы, начал дрочить его ртом свой член. Возбуждение Шиарре нарастало и достигло пика. Он застонал и затрясся.
По прежнему держа Шиарре за волосы, я резко оторвал присосавшегося к члену оме, длинная нитка слюны потянулась от головки члена к губам. Полуобезумевший от возбуждения Шиарре шарил руками по моему животу и ягодицам. Я тряхнул его голову и заглянул в покрытые пеленой глаза оме. Чувствуя дикое возбуждение Шиарре, захлёстывающее меня с головой, тряхнул его ещё раз, глаза несчастного прояснились, он моргнул. Сглотнув слюну, прошептал:
— Ещё… дай ещё!
Глядя в широко распахнутые серо-голубые глаза оме безотрывно смотревшего на меня, я с каким-то садистским наслаждением водил его головой так, чтобы головка стоящего члена едва касалась окружности его губ.
Он попытался руками схватить член, но я во время заметил эту попытку:
— Руки убрал! Куда тянешь!
Дрожащими пальцами он уцепился за мои бёдра, по прежнему глядя мне в глаза.
Оттолкнув от себя омегу, так, что он упал на пол, я распорядился:
— Раздевайся!
Сам я тоже скинул одежду и теперь смотрел как Шиарре, неотрывно глядя на моё обнажённое тело, раздевается около дивана.
Я подошёл к обнажившемуся оме и с размаху отвесил ему пощёчину. Копна ухоженных волос золотистого цвета хлынула на лицо Шиарре. Я протянул руку и мои пальцы сами собой зарылись в блестящую гриву, погладили висок, скулу, коснулись полураскрытых губ — страх, недоумение, растерянность и снова нарастающее схлынувшее было возбуждение — вот что я чувствовал в Шиарре.
А это будет интересный опыт. Я решил поиграть его чувствами. Словно пианист играя на его нервах, но не приближаясь к самым громким нотам, я распалял его всё больше. Моя рука опустилась к шее, я легко провёл по коже груди и коснулся соска оме. Сосок набух и резко увеличился в размерах, я медленно провёл рукой по груди, животу, пощекотал выступающие тазовые косточки, задел пах. Сколько эрогенных зон у людей? Много. Места о которых иногда и подумать не можешь: ушные раковины, затылок, поясница, стопы, пальцы… Вот неполный список не очевидных «уязвимых» мест. Спустя какое-то время Шиарре уже не выдерживает. Пора заканчивать пытку истомой. Схватив несопротивляющегося оме за волосы я повёл его в спальню.
Резким броском на кровать животом вниз, придавил его собой, да так, что он даже пикнуть не успел, держа руку на его лопатках, чтобы не вскочил, запустил руку под его поясницу и дёрнул вверх, заставив Шиарре приподнять ягодицы. Я жаждал мести. Двинув бедрами, вогнал член до самого конца, но никакого сопротивления не почувствовал, член легко проскочил по смазке — отсасывая и раздеваясь он полностью промок!