— Господин… — начал я сурово, вперив крокодилий взгляд прямо в лоб альфе, в точку между бровей, — не имею чести вас знать. Прежде чем ангажировать Личного Слугу, следует справиться у его сюзерена. Вас этому не учили?
Лисбет, почувствовав в альфах искусников, вскинул голову, внимательно глядя на всех троих.
— Извините, оме…, - пробормотал чёрный альфа, отступая к своим подельникам.
— Назовитесь! — потребовал я.
Но чёрный, сделав вид, что не услышал, отошёл к пялившимся на нас молодцам и вся троица смешалась с толпой.
— Его зовут Эрнст Орлерн, а тех двоих Ральф фон Балк и Айко фон Дунов, все студиозусы Схолы, кажется, последний курс, — негромко рассказал нам Элрик, пожав плечиком затянутым в чёрный шёлк, — дворян и искусников в Лирнессе не так уж и много, мы постоянно встречаемся на балах и все друг друга знают. Вы, Ваша Светлость, здесь недавно и потому возбудили столько любопытства. Говорят, вы из Тилории… Это правда?
— Не совсем… Отец мой — Великий герцог Лоос-Корсварм… Но война и некоторые обстоятельства… кх-м… привели нас сюда…
— Да-да, я понимаю, — чуть опечалился Элрик, но потом его глаза снова разгорелись любопытством, — Ваша Светлость, скажите, я боюсь показаться навязчивым, но, говорят, вы видели демонов?
От Лисбета, прислушивавшегося к нашему разговору полыхнуло любопытством.
Вот откуда? Я же только Главе Совета рассказывал!
Сейчас проверим. Присаживаюсь на банкетку рядом с любопытным омегой, невзначай касаюсь пальцем его тонкой кисти с пальцами унизанными перстнями. Хо-о… Понятно…
Те трое, за дверями, в кабинете Главы Совета. Элрик — супруг одного из этих искусников.
За высоченными окнами полыхнуло. Через несколько секунд донёсся тяжёлый, глухой гул. Гроза. Над городом началась гроза. Искусники Лирнесса, заведовавшие погодой, понимали, что время от времени необходимо сбрасывать напряжение, накопившееся в атмосфере от вмешательства в погоду. Накопленное иногда сбрасывалось в виде грозы — как сейчас, иногда в виде ураганов — те пытались направить подальше в океан. Но погода на планете настолько сложна, что не всегда искусники могут оказывать на неё существенное влияние. Сегодня как раз такой случай — гроза настолько близко подошла к Лирнессу, что в атмосфере ощущалась повышенная влажность, что в свою очередь выливалось в ухудшение самочувствия у некоторых жителей.
— Оме Ульрих, Ваша Светлость! — нас нашёл Максимилиан и, вместе со мной отойдя на пару шагов от беседующих на банкетке омег, искусник шепнул, — я переговорил с ректором Схолы, он ждёт вас.
— О как! Господин Максимилиан, мы же не договаривались о такой встрече!
— Мы вообще ни о каких встречах не договаривались. Но я рассказал ему о вас и он хочет с вами увидеться.
Дяденька куёт железо горячим и подмётки рвёт прямо на ходу. А с другой сторòны… Была не была!
— Пойдёмте! Оме Лисбет, Эльфи, я вас оставлю ненадолго. Оме Элрик, у меня к вам просьба — вы не могли бы присмотреть за моими спутниками, мне надо отлучиться с господином Максимилианом?
— Конечно, конечно, Ваша Светлость, идите, мы найдём чем заняться с оме Лисбетом и господином Эльфи, — с готовностью откликнулся Элрик.
И вот я опять в кабинете Главы Совета города.
Вольфрам как его там? Вольфрам Альбрехт Хартманн фон Адельманнсфельден, рыцарь Великой Силы, помощник ректора Схолы Лирнесса, второй десятник факультета стихии Схолы Лирнесса, член Супермум консилиума Схолы Лирнесса, магистр ордена Рыцарей Замка, комтур Сумисвальда, Ципплингена, Мергентхайма и Южных островов поднялся мне навстречу, поприветствовал. Вместе с ним из кресла поднялся здоровенный мужик, ростом с Вольфрама, совершенно лысый, жёсткое загорелое лицо, от лба сверху вниз, через правый глаз, на щёку, проходит едва заметный тонкий шрам. Одет в просторную чёрную рубаху с открытой грудью, широкий чёрный пояс расшит рунами, накинутый на плечи кожаный жилет, тоже чёрный, в обоих лацканах проткнут золотыми амулетами ярко полыхающими в энергетическом зрении. Похоже, глава Схолы не сторòнник формализма в одежде.
— Я приветствую вас, Ваша Светлость, — прогудел приятным баритоном искусник, — позвольте представиться — Готфрид Людвиг Анно Зигард фон Лангенштейн…
Острый взгляд пристальных глубоко посаженных глаз окинул мою фигуру.
Я чуть склонил голову в приветствии.
Вольфрам, внимательно наблюдавший за нами, как хозяин кабинета пригласил всех присесть. Те же неприметные альфы, бесшумно двигаясь, сервировали стол и скрылись. Вон тот, похоже как, супруг Элрика.
— Et Ille, O Bona Puella, Intra lectum Maximilian… pour vos projets (Итак, Ваша Светлость, Максимилиан рассказал мне о вас… о ваших способностях), — начал ректор Схолы.
Я молча склонил голову — да я такой.
— Locuti sumus hic, (Мы здесь пообщались), — продолжал альфа, — tunc… quod… notitia quae nobis interest, magni momenti est… (то… та… информация, что нас интересует… она важна…), — ректор говорил будто размышляя, обертоны в его голосе обволакивали, гипнотизировали. Чувствуя это воздействие, я шевельнулся, чуть сменил позу в кресле и стряхнул с себя это влияние.
Хорош, собака! Хорош!