Усыпив Ёрочку, я сел на скамью и переложил его голову к себе на колени. Сосредоточился. Привычно промчался по ассоциативным связям, прòникая в сознание альфы. Светлая атмосфера, если это можно так назвать, сознания ребёнка затянута грязно-коричневой мутью, напоминающей распылённый в ней нюхательный табак. Вверху мути поменьше и сквозь её клочья проглядывает светло-голубая верхняя граница сознания, а чем ниже… тем муть гуще. Нити рефлексов и ассоциаций переплетены, некоторые безжалостно оборваны и их рваные разлохмаченные концы перекрутились между собой и между парой звенящих как струна, побелевших от напряжения тросов, уходящих вниз, в бухающую сердечными ударами темноту.
Серенькое пятнышко привлекло моё внимание, сосредоточился… Ага… где-то ниже точки моего сознания… Что там?
Уродливое тельце съёжилось на стопе листов то ли бумаги, то ли фанеры, а вокруг… мутное неопределимое чудовище ревёт и с размаху бьёт ногой в голову скукожившегося человечка:
— Вот тебе, недоделанный, вот! Вставай! — рычит чудовище.
Голова избиваемого окутывается брызгами полупрозрачной слизи, череп человечка деформирован, из него течёт. Чудовище вцепляется плывущими мутными руками в плечи человечка, вздёргивает его вверх, нагибает и, пристроившись сзади, начинает совершать фрикции.
Уродливое ассиметричное лицо серого человечка плывёт, рот раскрывается в беззвучном крике…
Я тебе сейчас! Представляю, как огромная ладонь с размаху, звонко, так, что по всей мутной пещере личности Ёрочки разносится звук хлыста, бьёт в голову мутного зверя. Тот, оставив тело насилуемого, отваливается, оставляет тощий зад в покое. С рыком бросается на меня и тут же, надрывно визжа и дёргаясь дымно-мутными конечностями, втягивается в созданный мной каменный пол. Серый человечек, тяжко дыша и всхлипывая, снова съёживается на стопе бумаг.
Каменный пол хрустит, сжимается, превращаясь в ящик и замыкая в себе чудовище. Муть немного оседает и я подплываю к серому человечку.
Иди сюда…
Приподнимаю трясущееся существо. Несколько раз вздымаю и опускаю его вниз и вверх, пока оно не сообразило вытянуть поджатые ноги и встать на них.
Охо-хо-хо…
Снова формирую руки — теперь уже нормальные, человеческие и ими, как кельмой, начинаю ровнять контуры тела, выглаживая его, исправляя уродство и кривизну. Верчу серенькое тело перед собой, леплю как пластилин. Что-то получается… Лысенький, правда… Ну, это ничего, обрастёт. Тельце существа, а теперь уже понятно, что это Ёрочка, хило и весьма абстрактно, но хоть повреждений нет, вернее, исправлены, уже хорошо. Удивительно, но в промежности нет альфовских половых органов! Просто ровное место с узкой щелью уретры. Видимо, так подсознание интерпретирует зарождающуюся сексуальную ориентацию мальчика — пассивного гомосексуалиста. Но нам же этого не нужно? Эх-хе-хе… теми же руками начинаю формировать, разминая податливое, как пластилин тело, член и яички. Во-от! Вот таким ты должен быть! Понял!
Это команда подсознанию, если что… Сознательная часть личности вполне понимает, какова социальная роль альфы в здешнем обществе, а вот подсознание, изуродованное «любящими» родственниками, сомневается.
Поглядим, что с ним дальше будет.
Самое главное — черепушка исправлена, а повреждённый череп — это повреждения психики. Сейчас и сознание и подсознание получили установку, что с психикой всё нормально и они потихоньку будут свыкаться с этим, новым для них, состоянием. Абстрактное тельце перестанет быть таковым и обретёт черты настоящего Ёрочки. Но нужно время… Я конечно подстегну эту работу… Да и Великая Сила поможет. Несколько светлых полосок в туго натянутых струнах рефлекторных связей дают возможность надеяться на то, что у Йорга получится взаимодействие с Великой Силой. И взаимодействие не абы какое, а именно менталистское. Я могу сравнивать — видел и Сиджи и Юта. И потом, он — не знаю, к счастью или к сожалению, учился плохо, рассудочность альфы сформировалась не до конца. А ребёнок впечатлительный — видимо, воздействие братца сказалось, очень впечатлительный. Подправим и раскачаем эмоциональную сферу — петь, там, рисовать научим. Получится баланс, приемлемый для менталиста.
Ну, а сейчас, пока Ёрочка ещё поддаётся воздействию, надо ему русский язык поставить. По уже отработанной схеме, том русского языка, блеснув золочёным корешком и золочёным же обрезом, упал на стопку листов с немецким, родным для Йорга, языком.
Ассоциативные связи, повинуясь моему воздействию, густо опутывают новый том… А, ещё латынь же!
Строгий том в тёмном кожаном переплёте пристраивается рядом и тоже окутывается белёсой паутиной.
Хорош. На сегодня хватит. А то как бы Ёрочка не слёг от мигрени. Я и так его перегрузил, помнится, Сиджи и Юту языки ставил не сразу. Но у них и возраст меньше. А Ёрочка почти взрослый — выдержит.
Бужу спящего мальчишку.
— М-м…
Серые глаза с длинными ресницами открылись и смотрят на меня.
— Кто вы?..
Худощавое тело дёргается, пытаясь вырваться.
Спокойно-спокойно. Аура доброжелательности окутывает Йорга. Он садится и я прижимаю его голову к себе…