Ёрочку и Вивиана от Лисбета забрать — это однозначно. Срок лечения прошёл и у того и у другого. Ёрочку ввести в Силу. Хорошо бы сегодня, но это как получится. И ещё — разобраться с теми мужиками, что купили соседский дом. Кто это такие?
— Машка, прыгай! — донеслось из открытого окна кабинета под которым был наш дворик.
Ночью был сильный дождь — вовремя я этих лицедеев привёл, и сейчас, утром, умытый город, море и растения вокруг нашего дома парили, нагреваясь под пока ещё нежаркими лучами утренней Эллы. Капли росы, обильно выпавшей под утро, а скорее всего, просто капли ночного дождя, переливались на свету всеми цветами радуги, море едва дышало за парапетом набережной, неся городу запахи свежести и йода…
Жизи, отоспавшийся на новом месте без крыс, пытался научить Машку прыгать через прутик, который он держал в руке.
Царственно-важная кошка возлежала на скамье и снисходительно смотрела на омежку, махавшего сухой веточкой перед её мордой.
— Ну, Машенька, прошу, прыгни! — перешёл к мольбам Жизи, только, что не встав перед ней на колени.
Отстань, мелкий — жмурилась кошка. Не хочу! Кончик спокойно лежавшего роскошного хвоста дёрнулся.
— Ох, ну что же с тобой делать? — Жизи сел рядом с кошкой на лавку и продолжил уговоры, — смотри, какая киса красивая, — тонкая ручка прошлась по голове и спине лежащей кошки, — таких кошек больше нигде нету. Вот она какая, самая красивая, самая умная, — продолжал расточать льстивые посулы омежка.
Машка подняла голову, покровительственно посмотрела за Жизи — да, я такая, да — самая красивая, да — самая умная.
— Прыгни, Машенька. Ну? Пожалуйста, — омежка сделал просительную мордочку (очень, кстати, миленькую).
Не хочу! Кошка дёрнула хвостом ещё раз.
— Эй, — я выглянул в окно кабинета.
Двое внизу подняли головы вверх.
— Ой, извините, оме, — Жизи прикрыл рот ладошкой.
— Ма-аш… прыгни, — попросил кошку уже теперь я.
Уши здоровенного зверя завернулись назад, хвост целиком дёрнулся по лавке вправо-влево.
— Ради меня, Машенька, — приложил я руку к голой груди — стоял у окна в одних трусах.
Да ну вас! Машка вздохнула, поднялась со скамьи, Жизи с готовностью подставил прутик, кошка тяжело, лениво перепрыгнула через него и не глядя на приставучих кожаных мешков ушла за угол, в тень.
После завтрака заглянул к актёрам с относительным комфортом переночевавшим в пристрое. А ничего, уютно даже как-то тут стало. Топчаны Жизи и Лотти стояли у одной стены, Улоф и Людвиг расположились у другой.
Улоф поднялся мне навстречу:
— Благодарю вас, ваша светлость, — он приложил руку к груди, — за ночлег, за ужин, за завтрак, вот. Мы не сможем вам заплатить, но может быть вам помощь какая-нибудь нужна… По хозяйству, — уточнил он.
— Скажи-ка, лучше мне, Улоф, почему вас всё время освистывают? — мы вышли вдвоём со стариком на улицу — остальные трое возились в полумраке пристроя — перебирали немудрёную одёжку, сценические костюмы, простецкий реквизит, да мало ли чего ещё….
Я присел на парапет огораживавший лестницу к дому.
— Да так, оме… Не везёт нам… Как супруг мой умер, так и не ладится… То сам заболел в прошлом месяце, играть не смог, то нашим, вот, — он кивнул головой в сторòну пристроя, — мастерства не хватает. А зритель в Лирнессе капризный. Конкуренция между нами большая. Вот и… — он замолчал, размышляя, — по сёлам поездить разве…
— Ладно, давай так — вы пока не съезжайте, я вас не гоню и жить вам всё равно негде. А там придумаем что-нибудь. Найдём пьеску какую, подходящую… На вот, — я протянул Улофу пару гульденов, — отдашь, как деньги появятся.
— Что вы, оме, я не возьму. Нам отдавать нечем просто, а когда появятся… Неизвестно когда, — запротестовал альфа.
— Бери! Дают — бери, а бьют — беги! — завершил я свою речь русской мудростью и гипнотическим внушением, — только огонь в пристрое не разводите…
Дом Лисбета встретил меня разложенными по гостиной вещами. На мой вопрос, что случилось, Лисбет ответил, что ему приходится ехать по предписанию Корпуса целителей. Он уже брал его, но тогда я смог его уговорить пойти со мной на бал и поездка отложилась. А теперь вот надо исполнять…
Маленького целителя не будет целую декаду или две — в зависимости от количества пациентов. Особых неудобств он испытывать не будет. Проезд за счёт Корпуса целителей. В каждом сельском рате есть целительский пункт с чистыми, просторными комнатами для проживания приезжего целителя и приёма больных и попробуй только глава рата небрежно отнестись к целителю. Жалоба мигом уйдёт Главе совета Лирнесса. Омеги-целители, хоть и искусники, но весьма капризны. Поэтому питание и проживание им всегда стараются обеспечить в лучшем виде. Старосты ратов даже соревнуются друг перед другом, принимая целителей. Да и потом, сегодня ты целителю не угодил, а завтра он, тебя же, дурака, лечить будет. Проведёт, скажем, обезболивание не до конца и за операцию какую-нибудь примется… хоть, те же зубы взять…
Поэтому беспокоиться за него не надо. Всё будет в порядке, оме Ульрих, заверил меня Лисбет. За домом Лизелот присмотрит. Ему не впервой.