Сестра действительно почему-то боялась Лимаса, видимо, его несловоохотливость заставляла её думать о нём плохо. Сати ничего плохого о Лимасе не знал, но от тени, постоянно лежащей на лице кузнеца, и ему было не по себе. Не может быть, чтобы Тия пришла к нему с просьбой, да ведь и платить ей нечем.
Дом у кузнеца был добротный, большой, и рядом же была кузница. Прежний кузнец, Росил, умер три года назад, и кузню унаследовал Лимас, приехавший сюда, кажется, из города. В отличие от дома, кузница была немого покосившейся. Это было большое помещение, пристроенное одной стеной к дому, а вместо четвёртой стены был выход во двор, где Лимас подковывал коней. Сати вытянул шею, заглядывая во дворик. Множество различных инструментов и молотов лежало несколько неаккуратно, словно Лимас не был знаком с теми прибитыми к стенам держателям, что были для них предназначены. В кузнице был один кузнечный горн с каменными стенами, в котором сейчас тлели угли, рядом лежали оставленные меха, на песочном полу стояло точильное колесо, и недалеко от горна - большая бочка с водой. Тяжёлые щипцы лежали рядом с наковальней.
– Любопытно? - громыхнуло совсем рядом.
Сати подскочил на одном месте, разворачиваясь. Рука скользнула по деревянной планке невысокого забора, и Сати ойкнул, чувствуя, как щепка попала под кожу.
– Мастер Лимас! - он, словно оправдываясь, пожал плечами, пряча за спиной пораненную руку. - Я просто смотрел…
– Я тебя ни в чём и не обвиняю, - заметил кузнец. Сати впервые столкнулся с ним так близко.
Мощные руки и плечи в соответствии с высоким ростом делали его похожим на великана из детских сказок. У него были светло-голубые глаза, немного прищуренные, глядящие неприветливо и изучающе. Он был в широких тёмных штанах, заправленных в мягкие сапоги, на нём были кожаный жилет и фартук, одетые прямо на голую грудь. На его руках виднелись несколько шрамов, вероятно, из-за искр, которыми плевался металл после удара, но они были давними - наверное, потом Лимас поднаторел в общении с металлом и больше таких промашек не допускал.
– Ко мне редко заходит ваша братия, - произнёс Лимас, имя в виду ребятишек. - Что тебя сюда привело?
– М-м-м… Я просто бродил,… - забормотал Сати. - М-м-м… Да.
Лимас коротко усмехнулся, и на миг с его лица исчезла суровая неприветливая маска.
– А если серьёзно, может, тебе что-то было надо? Или твоему отцу? У меня давно не было работы, - он вопросительно посмотрел на Сати. Голос у него был гулкий, громкий, раскатистый.
– Не-а, - Сати энергично замотал головой.
Лимас пожал плечами и отвернулся, чтобы войти в калитку. Сати рассеянно провожал его взглядом. Не такой уж он нелюдимый… Хотя ему тут, на отшибе, наверное, скучно жить. Женился бы хотя бы, что ли…
– Постойте, мастер Лимас! - Сати махнул рукой самому себе и бросился следом за кузнецом. Тот обернулся и вяло посмотрел на него.
– Что?
– Я, - Сати смутился, поймав снова ставший бесцельно-безразличным взгляд. - Я хотел спросить… Это вы выковали? - он потянулся и вытащил из ножен кинжал. От соприкосновения снова заныла заноза в ладони.
Лимас взял из его рук кинжал, держа его за лезвие, а не за ручку, потом распахнул калитку и коротко сказал:
– Заходи.
Сати послушно скользнул внутрь.
В большинстве своём, земля вокруг дома кузнеца заросла травой и бурьяном. Лимас затащил его в дом, держа своей сильной крепкой рукой за плечо, и Сати не решался пытаться вырваться.
В доме у Лимаса тоже царил беспорядок. В углу стоял тяжёлый кованый сундук, поверх которого лежали какие-то вещи. Низкие деревянные лавки стояли вдоль стен и совершенно терялись рядом с огромным столом. В камине лежали нетронутые огнём поленья, на полках стояла щербатая посуда, в целом, это был дом "холостяка средней руки", как именовала это Алесь, вернувшись после попытки подружиться с Лимасом домой. Она примерно так всё и описала - тяжёлые подсвечники на столе, толстый слой пыли, покрывавший большую часть вещей и даже пол, сколоченная на скорую руку мебель… Лимас посадил Сати на одну из лавок, а сам прислонился к столу, крутя в руках кинжал.
– Откуда у тебя это? - спросил он, наконец.
– Я… Я думал, это вы выковали…
– Я? - Лимас расхохотался, опираясь одной рукой на стол и закидывая назад курчавую голову с жёлтыми, выжженными солнцем, волосами. - Я не способен выковать такую доброкачественную сталь! В таких условиях, - он указал рукой в сторону своей кузни, - и с такими заготовками!
– Но тогда, - недоумённо произнёс Сати, протягивая руку за кинжалом, - откуда он мог взяться у моей сестры?
Лимас проигнорировал то, что Сати хотел забрать кинжал, и продолжил говорить:
– Знаешь ли, что это такое? Это недобрый знак, Сатиан, - Лимас недоверчиво посмотрел на мальчика. - Говоришь, его принесла тебе сестра?
– Ну да, она подарила мне его… вчера.
– Такие кинжалы подбрасывают тем, на кого охотятся тераики.
– Те… кто? - переспросил Сати, опуская руку.
– Тераики. Это такейское слово. Такейцы называют тераиками Истребляющих Зло.
– Камень Света, - прошептал Сати. - А вы-то откуда столько знаете?
