— Вижу, что ты его понял. Хорошо.
Рубин опустился на колени рядом с Изначальной, рядом со своей леди, и положил руку на её рану. Её змеи ластились к нему, как обиженные любимцы.
Янус мрачно смотрел на него.
Император почти гневно вскинул голову:
— Убирайся, Ян! Пока я не сделал тебя своим, забрав тебя у твоего Императора!
Имперец вздрогнул и вылетел из кабинета, плотно закрыв за собой дверь.
— Господин! — Тамир рванул мне навстречу, но резко остановился. Умный мальчик.
Я взглянул на Лорда Горечь, который мрачно созерцал мои клинки, обагренные кровью.
— Идите туда, Лорд. Императору потребуется Ваша помощь. Я ранил Леди Горгону.
— Это невозможно!
— Все в этой жизни возможно. Возможности — это весьма безграничное явление. Особенно, если с перепугу, — криво усмехнулся я. — И не волнуйтесь, Ваша охрана приглядит за мной, до ваших или императорских дальнейших распоряжений. Хотя, что-то мне подсказывает, что нас довольно быстро отправят обратно домой. Я встал поперек горла даже Его Величеству.
Кринит резко кивнул и вошел в комнату.
Очень хорошо. Я устало прислонился к стене.
— Ну и денек.
— Вам надо отдохнуть, повелитель, — Тамир остановился рядом, встревожено рассматривая мое лицо.
— Надо, — кивнул я. — Очень надо, Тамир. А еще я бы не отказался перекусить.
7.
— Мне приказано продолжить Ваше сопровождение, — он стоял, почти потупив глаза.
Мальчик боялся меня еще больше, чем в нашу прошлую встречу. Однако в наклоне его головы я читал искреннее восхищение. Так восторгаются слабые, когда сильные уничтожают их врагов и обидчиков.
История о том, что я сражался с Леди Горгоной и остался жив, расползлась видимо по всему Крину. А дополнение к ней о том, что я послал Лорда Горечь на верную смерть и этот хитроумный демон поддался мне, была просто шедевральной.
Действительно, я убил Горечь тем, что послал его в кабинет, где Изначальной срочно требовалась энергия для выживания… И Император согласился пожертвовать своим лучшим воином и стратегом ради своей безответной любви. А может он просто не успел помешать… Говорят Горгона и Горечь не лишком ладили между собой.
Я склонялся ко второй версии, не так уж я и наивен. А император достаточно опытен, что бы просто так потерять такого воина, как Горечь. Особенно накануне войны.
Я переплел пальцы рук и аккуратно уложил их на поверхности стола, только после этого взглянул на своего юного гида.
— Это странно, что тебе приказали продолжать сопровождение… Ведь мы покидаем Крин.
На меня посмотрели с тихой ненавистью:
— Его Величество лично приказал мне проводить Вас до самой границы. И проследить, пока Вы не скроетесь из виду.
— Ага, — задумчиво кивнул я. — А почему не кто-то поопытнее? И поопаснее? Он сказал что-то на эту тему?
— Сказал, — опустил он глаза. — Сказал, передать Вам, что терять лучших воинов в ваших смертельных объятиях ему надоело.
Наверное, это горько, малыш, когда император напрямую сообщает тебе, что ты никчемен. Наверное, именно поэтому ты сразу из его кабинета направился в апартаменты раненной герцогини. Какая жалость… Его Императорское Величество Рубин действительно не любил терять своих людей. Он сделал все, чтобы ты не достался мне. Даже убьет тебе своими собственными словами.
— Хорошо, Ворон, — я кивнул. — Я понял. Спасибо.
Он поклонился и вышел.
Я откинулся на спинку стула и горько улыбнулся. Да, Ваше Величество, Вы достойный противник. Жаль, что мы по разную сторону баррикад.
И я долго не забуду Вашу угрозу, сделать меня своим. Вы разгадали мои планы насчет Ворона. Мальчишка все-таки умрет. И я постараюсь сделать все, чтобы он не успел воспользоваться своим смертельным сюрпризом.
А пока пусть потанцует.
Ворон лежал на своей кровати и рассматривал потолок. Его терзала тоска. Он знал, что умрет. Он сам выбрал свою смерть. Наконец-то сам. Он больше не игрушка в руках кого бы то ни было. Ни императора, ни Лорда Януса, ни своих братьев. Они все послали его на верную смерть. Однако он нашел четвертый путь. И свою смерть он выбрал сам.
Жаль, конечно, что этот синеглазый, загадочный и восхитительный Лорд Яну умрет. Однако он ни во что не ставил самого Ворона. Хотя сам не намного старше его. Что ж, воспользовавшись кипящей ненавистью Леди Горгоны, он сможет отомстить надменному имперцу, вызывающем в его душе столько противоречивых чувств.
Юноша улыбнулся и повернулся на бок. Он собирался, как следует выспаться перед дорогой, которая предстояла завтра.
Но дребезжащий звук стекла заставил насторожиться.
Ворон приподнялся на локте и взглянул на окно. Его створки оказались отрыты, а на самом подоконнике замерла стройная фигура.
— Эй, малыш, ты спишь?
Знакомый голос Лорда Януса.
— Что Вам, Господин? — Ворона пробрала невольная дрожь ужаса.
— Не спишь, — в голосе удовлетворение. — Давай вставай и пошли.
— Куда? — но сам уже покорно соскальзывает с постели, и натягивает брюки.
— Танцевать, — легкомысленно замечает имперский демон.
— Что делать? — замер юноша.
Но фигура уже исчезла за окном, бросив только:
— Меч не забудь.
