– Ой! – оборотница вздрогнула, когда в камине сам собой вспыхнул огонь.
Он показался ей необычным: ярче, выше, с голубоватым сиянием. Неужели драконий? Или Мартин приютил огненного элементаля?
– Стихийная магия, – пояснил проректор и указал на низкое, обитое узорчатой тканью кресло. – Поговорим?
Тарья тяжко вздохнула и подперла спиной дверь. Нервно сцепив пальцы, она медлила, а потом попросила обезопасить комнату от чужих глаз и ушей. Норман выполнил ее просьбу и приготовился слушать.
Оборотница тряхнула волосами, скинув иллюзию, и предстала в образе беловолосой Хранительницы. Подойдя к кровати, она, вперив глаза в покрывало, начала с простого:
– Я, наверное, последняя Хранительница. Способности передаются только по женской линии, а бабушка и мать мертвы. Их убили, теперь понимаю – по приказу императора Дарриуса. Вернее, мама сбежала и погибла сама, а бабушка… – Тарья сглотнула. – Я больше ее не слышу.
– Зачем императору их смерть? – По мнению Нормана, Хранителей следовало лелеять, а не уничтожать.
– Отказались служить, наверное. Но так и так смерть, – вздохнула Тарья. – Браслет, который ты мужественно выкрал, дарит безграничную подпитку энергией, черпает ее из чего угодно, даже из смерти.
Лорд Шалл чуть слышно выругался. Он начал догадываться, оборотница поняла по глазам.
– Но это еще не все, – Тарья сняла иллюзию с перстня. – С ним можно воскрешать мертвых и ходить между мирами. Нужна самая малость – принести меня в жертву и открыть Врата. Душа перейдет в перстень, не придется вечно упрашивать строптивую Хранительницу, – кисло улыбнулась оборотница.
– Садись, – Норман повторно указал на кресло. – Никто не услышит, а в ногах правды нет.
Однако сам он, вопреки упомянутой поговорке, не спешил опуститься во второе кресло и недвижной статуей замер напротив камина, сложив руки на груди. Плечо опиралось о столбик кровати. Старинная, с тяжелым балдахином, она казалась Тарье постелью королей. Наверняка монарх человеческого государства, в котором оборотница провела большую часть жизни, спал на такой же. Вот император Ангерд – нет. Разумеется, молодая женщина никогда не видела его спальни, даже не слышала об интерьерах дворца, просто опиралась на пристрастия реальской аристократии. Госпожа Ноэль как-то отправила юную преподавательницу за будущей воспитанницей. Та отказывалась ехать в пансион, необходимо было сопроводить строптивицу к месту учебы, вернее, заключения. Тогда-то Тарья впервые увидела быт, отличный от быта оборотней в Мрехе. Все же замок Шаллов специфичен, никто больше не сидит на подушках и не кутается в шкуры на диванах.
Проректор протянул руку, и Тарья, помедлив, положила ему на ладонь перстень.
Иллюзия с легким шипением спала, явив истинный облик артефакта. Норман поднес его к глазам, словно силился загипнотизировать. Как завороженная, оборотница наблюдала за тем, как на руках лорда Шалла вздулись вены, а затем искрящимся водопадом скользнули по телу руны. Такие некроманты выводили воском на груди во время ритуалов, но теперь они возникали извне. Приглядевшись, Тарья поняла: проректор колдовал. Губы не шевелились, лишь остекленевший взгляд выдавал активную работу мысли.
– Бездна! – восхищенно протянул лорд Шалл.
Он отвел свободную руку назад, и в ней возник жезл. Проректор осторожно коснулся его кончиком камня в перстне. Тот почернел, налился первозданной Тьмой, внутри которой, словно грозы других миров, бесновались всполохи огня.
– Нет, Тарья, – покачал головой Норман и бережно, уважительно погладил подушечкой пальца гладкую поверхность камня, – если бы он хотел повелевать мертвыми, нанял бы некроманта. Поверь специалисту в области магии смерти при нужном количестве энергии и знаний такое не проблема. Нет, ему нужно все: ты, браслет и перстень. Весь вопрос, зачем Дарриусу соединять их воедино. Может, ты просветишь, чем властителя Закрытой империи прельщает прогулка в Бездну?
Взгляд лорда Шалла обжигал.
Тарья покусывала губу и упорно отводила глаза. Пальцы сжимались и сжимались, пока костяшки не побелели.
– Тарья! – в голосе Нормана прорезались рычащие нотки.
Сейчас он как никогда напоминал оборотня – чуть заострившиеся скулы, характерный властный массивный подбородок, прищуренные глаза с тоненькой, едва заметной ниточкой зрачка. Однако и Тарья не обычный человек, не поддастся на угрозы.
– Решил покомандовать? – оборотница рывком забрала перстень и вернула на законное место.
Новая иллюзия надежно скрыла артефакт от посторонних глаз. Норман впервые видел, чтобы сложное заклинание творили так быстро. Казалось, Тарья не затрачивала никаких усилий.
– Так вот, лорд Норман Шалл, – оборотница плавной кошачьей походкой обошла вокруг фиктивного мужа и, благо рост в истинном облике позволял, ухватила его за ворот рубашки, заставив нагнуться. – Так вот, – шипящим шепотом повторила она, – не выйдет.
Оттолкнув проректора, Тарья мило улыбнулась и вольготно устроилась в кресле, скопировав позу Нормана во время первого знакомства: нога закинута на ногу, рука свешивается с колена.
Право слово, неужели она настолько глупа, чтобы ему верить?
