— Я вижу тебя, — шепнула девушка и, ни секунды не раздумывая, прильнула к губам Учихи. Поцелуй был недолгим. Он не отличался страстью или животной похотью, которая часто возникала между Саске и Сакурой. Этот поцелуй был мягок, кроток и полон мерности и спокойствия. Полный необъятной любви. — Прости, что не стала твоей три года назад. Прости, что предала тебя. Но ты должен знать, что я не обманывала. Я правда хотела быть твоей. Правда хотела быть с тобой. И сейчас хочу. И я не отдам никому этот медальон. Ведь я люблю тебя. И я надеюсь, что ты любишь меня тоже…
Сакура уткнулась в плечо Итачи, прикрыла глаза и засопела, утомлённая пройденным днём. И Итачи смотрел на неё, всё ещё крепко сжимая женскую ручку в своей, и не понимал, когда успел оказаться в плену этой зелени глаз, мягкости волос и непостоянства характера.
— А мне остаётся только надеяться, что ты ничего не вспомнишь завтра, — тихо прошептал Итачи, поцеловав Сакуру в макушку.
========== Глава XX. Часть 2. ==========
— Проснулась-таки наконец. Доброе утро, соня, — по-доброму усмехнулся Итачи, сидя на краешке кровати.
Итачи сразу понял, отчего у Сакуры при пробуждении такой безумный взгляд. Догадаться не трудно. Девушка вскочила, сбросив с себя тёплое одеяло, метнулась на край кровати, и её организм избавился от всего, что было ему не любо. Итачи предугадал такой исход событий, хоть и надеялся на лучшее, всё равно перестраховался и поставил тазик на пол. Благо девушка не промахнулась и не проявила неуважение к стараниям домработниц.
Итачи быстро среагировал, отодвинулся в сторону и подхватил её взъерошенные волосы, чтобы Сакура случаем не запачкала их. Лицо Харуно вплотную приблизилось к оттенку её глаз. Закончив с биологическими неизбежностями, Харуно болезненно застонала и проговорила хриплым, посаженным голосом:
— Уйди… Итачи, прошу, уйди, — и снова алкогольное отравление дало о себе знать.
— Ага, конечно. Я не позволю, чтоб тебя наизнанку тут вывернуло, пока я буду баклуши бить.
Сакура поднялась и преподнесла тыльную сторону ладони к губам, однако брюнет её остановил, услужливо протянув именной платочек. Харуно благодарно кивнула и воспользовалась услугами мягкой ткани. Затем дурнушка тяжело вздохнула и попыталась вспомнить вечер и ночь окончившегося дня, однако в памяти образовались белые, невосполнимые пятна. И снова рвотный позыв.
— Итачи, уйди! Не смотри на меня!
— Нет, — твёрдо ответил брюнет, капитально настроенный помочь Сакуре в трудные мгновения тяжелой жизни.
Харуно соскочила с кровати и на носочках добежала до ванной комнаты, хлопнула дверью и щёлкнула замком. Итачи тяжко вздохнул и решительно последовал за ней.
— Не глупи, Сакура! — не меняя громкости своего голоса, сказал Учиха.
— Уйди!
— Почему? — спокойнее поинтересовался Итачи, понимая, что против лома нет приёма, и единственное, что поможет выиграть своеобразный спор, — мозги.
— Потому что я плохо выгляжу! И у меня похмелье! — стыдливо отозвалась она, склонившись над унитазом.
— Ой, да брось, Сакура. Не мели ерунды и дай мне тебе помочь.
— Я даже Саске никогда не пускаю, когда у меня похмелье…
— Но я же не Саске.
— Ты его брат!
— Я не скажу ему, что ты напилась до безобразия, — по-доброму улыбнулся Итачи, коснувшись пальцами дверной ручки.
— Не в этом дело. Я не хочу, чтобы вы видели меня в таком состоянии.
— Поверь, вчера твое состояние было хуже, — хохотнул брюнет.
— Очень смешно, — саркастично фыркнула Харуно.
— Мы так и будем общаться через дверь, или ты всё-таки впустишь меня?
— Не впущу, — сказала, как отрезала.
— Не забывай, что я хитрая скотина и могу подкупить твое расположение.
Пара секунд затишья.
— Ну, попробуй, — с вызовом бросила Харуно. Если бы не тошнота, то она бы позволила себе усмехнуться.
— У меня аспирин, минералка и пиво.
Замок щелкнул, и перед Итачи снова открылись абсолютно все двери. Он захватил с тумбочки обещанные дары, перешагнул через порог и прикрыл ногой дверь. Сакура, смущенная до мозга костей, сидела возле унитаза и старательно отводила глаза или прятала их за волосами.
Итачи нашел своё место напротив, облокотившись спиной о стену и протянув таблетки, минералку и банку пива Харуно. Та стыдливо забрала всё и отложила в сторонку, почувствовав очередной биологический позыв. Как ни странно, но Учиха совсем не брезговал, хотя, как и его брат, всегда старался избегать таких ситуаций с женщинами. Ему казалось, что девушки — существа, созданные, чтобы восхищать и удивлять своей красотой, но никак не отпугивать. Напиваться до скотского состояния не входило в список того, что украшает особей женского пола. Однако, по мнению Итачи, Харуно очищала свой организм так изящно и неповторимо, что дух захватывало. Вот что значит любить до беспамятства!
Конечно, над этими мыслями Итачи смеялся, когда придерживал волосы Харуно. Но ему правда было важно находится в трудную минуту возле своей дурнушки, чтобы оказать помощь и поддержать, какой бы скудной и ненужной ни была эта поддержка.
— Как я оказалась в своей комнате? — тихо спросила Сакура, когда поняла, что самое время принять аспирин.
