Звонок Делле был скорее последним шагом, перед тем как поставить жирную точку и оставить в покое родственную душу, а вместе с тем и прошлое. Только, бля, не ожидал, что бестия подслушает разговор. Вот, значит, почему она повела себя так резко, стала требовать вернуться домой. А я и не возражал: таким заебанным себя чувствовал после разговора, что не стал пытаться разобраться с бабскими закидонами.
А вот сегодня, когда узнал, что она слышала разговор, чердак знатно так снесло. Не от самого факта, а из-за того, что услыхала одну из моих слабостей. Никто не должен об этом знать.
Погрузиться в сегодняшнее веселье с русской рулеткой и новость о том, что теперь наш брак настоящий, потому что для себя я давно это уже понял, не дает звук уведомления. Разблокировав смартфон, открываю входящее сообщение с незнакомого номера. Фотография земли, похожей на могильный холмик в темноте кладбища, а следом текст: «Спаси свою жену» – и точка геолокации.
Че за хуйня?! Поднимаюсь с места и набираю номер охранника, который должен быть с Сарой, но мудак не берет трубу. Стискивая челюсти, открываю программу с отслеживанием местоположения тачки, и глаза наливаются кровью, когда вижу, что BMW находится не на Манхэттене, где должна быть, а на выезде из города.
– СУКА! – Мат заполняет пространство, и ноги сами несут меня к выходу.
Все происходит быстро и как в тумане; казалось, только что был на базе, а сейчас уже несусь по городу в сторону кладбища, которое указано на метке. Руль скрипит под натиском. Как он посмел, ублюдок японский?! Как выманил их за нашу территорию? Че добиться пытается?!
Дорога скользкая из-за ливня, но мне похуй. Проношусь на красный, даже не тормозя под оглушительные звуки сигналящих пидорасов. Меня волнует только одна мысль, которая никак не хочет съебаться из головы: Сара может быть мертва, если не успею…
С диким грохотом машина влетает на территорию кладбища, снося приоткрытые металлические ворота. Уже издалека вижу ту самую свежую могилу и с визгом торможу перед ней; зад машины виляет, разрыхляя мокрую землю вместе с травой.
– Сара! Сара! – Выпрыгиваю наружу, даже не захлопывая дверь, и, подбежав, опускаюсь на колени, начиная лихорадочно откидывать руками землю. – Если ты есть, там, наверху, клянусь тебе, я больше не сделаю ей больно, только помоги! Она ж вообще не при делах! На мне кровь, не на ней!
Сырая почва превращается в месиво, когда я отбрасываю ее, на хуй, во все стороны. Льющийся дождь застилает глаза, но даже сквозь него я различаю темные волосы, понимая, где лицо моей малышки, и начинаю яростнее швырять землю, раскапывая бессознательное лицо жены.
– Маленькая моя… – Первым делом проверяю пульс. Живая! Хлопаю ее по щекам, пытаясь привести в сознание. – Открывай глаза, Сар!
Еще несколько минут, и все тело жены освобождено от груза земли. Вытаскиваю ее из неглубокой ямы, перекладывая на ровную поверхность, и начинаю делать искусственную вентиляцию легких, глубоко выдыхая в начавшие синеть губы Лисы.
– Я спасу тебя, малышка, спасу!
Животный страх – не совсем привычное для меня чувство. Впервые я его ощутил, зажимая рану отца, второй раз – сейчас.
Судорожный, я бы даже сказал, болезненный вздох и резко распахнутые глаза жены – словно удар под дых.
– Ар… Артем… – истошно закашлявшись, хрипит она, пытаясь ухватиться ледяными пальцами за мой промокший свитер.
– Ч-ш-ш, все хорошо, дыши. – Не знаю, у кого из нас сердце стучит громче, но всплеск адреналина сегодня я получил нехуевый.
Крепко прижимаю тельце к себе, чтобы согреть, и закрываю глаза, прижимаясь челюстью к ее макушке.
– Холодно… домой… хочу домой…
Больно хлещущий по коже дождь заставляет все тело трястись от озноба, пробирающего до самых костей. Сознание блокирует воспоминания, как нечто нежелательное, словно хочет уберечь от ужасно пережитых моментов.
Крепкое тело Артема вжимает меня в свое, пытаясь согреть.
– Холодно… домой… хочу домой… – еле шевеля языком, умоляю его я.
Продолжая удерживать меня, Князев рывком поднимается на ноги, словно и сам не хочет находиться здесь лишнюю секунду. Вокруг стоит кромешная тьма; зажмуриваюсь, пряча лицо на шее мужа, когда он шагает к машине, а перед моим взором открывается раскопанная могила и надгробия по соседству…
– Ты в безопасности, я рядом… – И я верю, верю, что рядом с этим мужчиной мне безопасно.
Артем открывает заднюю дверцу, но я прошу посадить меня спереди, и он сразу же соглашается. Усаживает и сам пристегивает меня, как маленького беспомощного ребенка. Свернувшись клубочком, наблюдаю за находящимся рядом Князевым, мне комфортнее быть ближе к сидящему за рулем мужу, чем снова в темноте одной.
«Артем спас мою жизнь, снова… если бы он не успел, я могла умереть… Господи, они закопали меня живьем, хорошо, что я была без сознания!»
