— Яблоко, — выбрала она, и Хал дал ей одно — старое и засохшее, маленькое и сморщенное.
— Двигайся, женщина, — крикнул мужчина, стоящий через трех человек после нее. — Здесь холодно.
Женщина не обратила внимания на выкрик:
— Еще одно яблоко, — сказала она Волосатому Халу, — для моего сына. Пожалуйста. Это такое маленькое.
Хал посмотрел на Джона. Джон покачал головой. Они довольно скоро останутся без яблок и если начнут давать по два каждому, кто хочет два, пришедшие позже не получат ничего.
— Прочь с дороги, — сказала девушка позади женщины и толкнула ее в спину. Женщина качнулась, выронила яблоко и упала. Остальная еда разлетелась из ее рук. Фасоль рассыпалась, репа покатилась в грязную лужу, мешочек муки порвался, и драгоценное содержимое полетело в снег.
Раздались сердитые голоса на старом и общем языках. У другого фургона тоже началась толкотня.
— Этого недостаточно, — ворчал старик. — Вы, проклятые вороны, заморите нас голодом до смерти.
Женщина, которую толкнули, ползала на коленях, подбирая еду. Джон увидел блеск обнаженной стали в нескольких ярдах. Его собственные лучники натянули стрелы в тетивах.
Он повернулся в седле:
— Рори. Утихомирь их.
Рори поднес к губам огромный рог и подул в него.
Суматоха и толчея прекратились. Головы повернулись. Ребенок начал плакать. Ворон Мормонта перешел с левого плеча Джона на правое, тряся головой и бормоча:
Джон подождал, пока стихнут последние отзвуки, затем пришпорил свою лошадь и выехал вперед, где все могли его видеть:
— Мы кормим вас, как можем, и тем, чем можем поделиться. Яблоки, лук, репа, морковь… впереди всех ждет долгая зима, а наши запасы не бесконечны.
— Вы, вороны, едите неплохо, — протиснулся вперед Халлек.
— Мы удерживаем Стену. Стена защищает королевство… а теперь — и вас. Вы знаете врага в лицо. Вы знаете, что нам угрожает. Некоторые из вас встречались с ним прежде. Мертвяки и белые ходоки, нежить с голубыми глазами и черными руками. Я тоже их видел, сражался с ними, даже отправил одного в ад. Они убивают, а потом посылают ваших же покойников против вас. Ни великаны не смогли устоять против них, ни вы, Тенны, ни кланы с ледяной реки, ни Рогоногие, ни вольный народ… и пока дни становятся короче, а ночи — холоднее, наши враги набирают силу. Сотнями, тысячами вы покинули свои дома, и двинулись на юг… разве не для того, чтобы убежать от них? Не для того, чтобы быть в безопасности? Что ж, Стена защищает вас.
— Защищаете и морите голодом, — сказала коренастая женщина с обветренным лицом, по виду — копьеносица.
— Хотите больше еды? — спросил Джон. — Еда — для воинов. Помогите нам удерживать Стену, и вас будут кормить так же хорошо, как любую ворону.
Наступила тишина. Одичалые настороженно переглядывались.
— Еда, — раздалось бормотание ворона. — Зерно, зерно.
— Драться за тебя? — раздался голос с заметным акцентом. Сигорн, молодой магнар Теннов, говорил на общем языке, сильно запинаясь. — Не драться за тебя. Убить тебя лучше. Убить вас всех.
Ворон замахал крыльями:
—
Отец Сигорна, старый магнар, был раздавлен упавшей лестницей во время атаки на Черный Замок.
— Твой отец пытался убить нас всех, — напомнил он Сигорну. — Магнар был храбрым воином, но проиграл. А если бы он победил… кто бы сейчас охранял Стену? — он отвернулся от Теннов. —
Старик, бережно прижимавший к груди репу, ответил:
— Вы убиваете нас, морите голодом, а теперь хотите сделать нас рабами.
Коренастый краснолицый мужчина выкрикнул в знак одобрения:
— Я скорее буду ходить голым, чем носить их черные тряпки!
Одна из копьеносиц засмеялась:
— Даже твоя жена не хочет видеть
Множество голосов зазвучало одновременно. Тенны кричали на старом языке. Маленький мальчик вдруг заплакал. Джон Сноу подождал, пока голоса затихнут, потом повернулся к Волосатому Халу и спросил:
— Хал, что ты сказал этой женщине?
Хал смутился:
— В смысле, о еде? Яблоко или лук? Это все, что я сказал. Они должны выбрать.
