Танец с драконами полностью

Самый близкий ей человек из оставшихся в живых. Теон Грейджой вырос вместе с Арьей Старк. Теон распознал бы самозванку. Если он у всех на глазах признает в подставной девчонке Болтонов Арью, то у северных лордов, собравшихся засвидетельствовать брак, не будет причин ставить под сомнение законность ее прав. Стауту, Слейту, Амберу Смерть Шлюхам, вздорным Рисвеллам, людям Хорнвуда, кузенам Сервина, жирному лорду Виману Мандерли… никому из них не довелось знать дочь Неда Старка так близко, как ему. А даже если кто и засомневается, то, безусловно, у него хватит ума держать эти опасные мысли при себе. Я нужен им, чтобы скрыть этот обман, чтобы моим именем покрывать их ложь. Вот отчего Русе Болтон одел его как лорда — чтобы он мог сыграть в этом шутовском фарсе отведенную ему роль. А едва лже-Арья окажется замужем и на брачном ложе — в Теоне Перевертыше больше не будет нужды.

"Послужишь нам в этом деле, и, после победы над Станнисом, поговорим, как вернуть тебе трон отца", — сказал его светлость мягким голосом. Голосом, созданным для лжи и интриг. Теон не поверил ни единому слову. Придется станцевать этот танец, потому что выбора нет. Но после… После он отдаст меня Рамси, подумал он, Рамси отрежет мне еще какие-нибудь пальцы и опять превратит в Вонючку. Если только богам не будет угодно, чтобы Станнис Баратеон взял Винтерфелл и предал всех мечу, включая и его самого. Лучшее из того, на что он смел надеяться.

Как ни странно, в богороще было теплее. За её пределами мороз сковал Винтерфелл жесткой ледяной коркой. Дорожки покрылись обманчиво-черной наледью. В лунном свете сверкал иней, покрывавший разбитые панели Стеклянного Сада. Каждый уголок и закоулок был заметен грязным снегом, целые кучи которого лежали вдоль стен. Некоторые из них оказались настолько высоки, что скрывали двери. Под снегом лежал серый пепел и зола. Повсюду валялись почерневшие балки или кости с остатками кожи и волос. Сосульки длиной с копье окаймляли зубчатые стены и башни, словно жесткие белые усы старика. Но в богороще земля еще не замерзла, и от горячих водоемов поднимался пар, теплый, как дыхание младенца.

Невесту облачили в белое с серым — такие цвета носила бы Арья, доживи она до свадьбы. Теон надел черное с золотом; плащ крепился на плече грубым железным кракеном, который для него выковал кузнец в Городе-на-Кургане. Однако волосы под капюшоном были седые и редкие, а кожа выглядела серой, как у древнего старца. Наконец-то Старк, подумал он. Рука об руку с невестой они прошли под каменным сводом, вокруг их ног стелился туман. Звук барабанной дроби дрожал, словно сердце девицы, трубы звучали высоко и нежно, будто манили за собой. Над верхушками деревьев плыл едва различимый в тумане полумесяц, похожий на глаз, глядящий сквозь шелковую вуаль.

Теон Грейджой не раз бывал в этой богороще. Еще мальчиком он играл здесь, прыгал по камням через холодный чёрный омут под чардревом, прятал свои сокровища в стволе древнего дуба, охотился на белок, вооружившись самодельным луком. Став старше, залечивал свои синяки в горячих источниках после многочисленных тренировок во дворе с Роббом, Джори и Джоном Сноу. Среди этих каштанов, вязов и высоких сосен он находил укромные уголки, где мог спрятаться, если ему хотелось побыть одному. Именно здесь он впервые поцеловал девушку. Позднее, другая девушка сделала его мужчиной на истрепанном одеяле в тени этих высоких серо-зеленых страж-деревьев.

Однако никогда прежде ему не доводилось видеть богорощу такой — серой и призрачной, наполненной теплым туманом, блуждающими огоньками и щепчущими голосами, которые, казалось, звучали и отовсюду, и ниоткуда. От горячих источников шел пар. Теплый воздух струился от земли, укутывая влажным дыханием деревья, поднимаясь по стенам и скрывая бойницы серой завесой.

Через богорощу вилась дорожка, вернее, ее подобие: петляющая тропка из расколотых камней, поросшая мхом и наполовину занесенная грязью, опавшими листьями и коварно торчащими из земли толстыми темными корнями. По ней он и вел невесту. Джейни, Джейни — боль и мученье. Однако ему нельзя так думать. Соскользни это имя с его губ, и он в миг лишится пальца или уха. Теон ступал очень осторожно: из-за отсутствующих пальцев на ногах он начинал прихрамывать, если торопился. А спотыкаться ему сейчас не стоило. Испортишь свадьбу лорда Рамси неверным шагом, и лорд Рамси может исправить подобную неуклюжесть, содрав кожу с провинившейся ноги.