— Знал. И действую в полном соответствии с нашим договором. Зато ты меня на лыжах кататься научил. Без палок! Классно же, скажи? — воздев палец к небу, ответил я, любуясь танцем языков пламени в горящем костре. Опричник разразился чередой безадресных ругательств. Протянув ладони к огню, я прикрыл глаза от удовольствия и прислушался к шуму гомонящего воинского лагеря.
Наёмники деловито кашеварили, используя запасы пищи, предоставленные коренным населением ханства. Кое-кто уже резался в карты, кому-то достало желания ещё раз перебрать оружие, а где-то в палатках уже слышались приглашённые стоны — разнополый состав наёмного отряда предполагал наличие более тесных отношений, чем дружеские. Усмехнувшись, я одобрительно хмыкнул. Брать от жизни всё, зная что каждый день может стать последним… Столь спокойное отношение к смерти достойно уважения.
— Хан Леонард! — осторожно позвал незнакомый "ушкуйник", выкладывая передо мной странные замшевые свёртки. — Местные передали. Что-то лопотали о достойном оружии для правителя.
— Благодарю, воин. Иди. Подкрепись и отдыхай. — ответил я, погладив верхний свёрток, перетянутый кожаным ремешком, и принялся его развязывать.
Спустя несколько минут возни, расстелив упаковку возле костра и не пряча дары от любопытного опричника, я разложил полный набор охотничьего вооружения. Эксклюзивный, высококачественный и безумно дорогой даже на мой не искушённый взгляд. Одно только составное копьё с полуметровым наконечником из обсидиана чего стоило! Россыпь мелких насечек на его лезвиях однозначно утверждала о том, что это оружие из разряда "запретного" для чужаков. В комплект к двухметровому копью шёл тугой композитный лук с полным колчаном стрел, увесистый томагавк, пара охотничьих ножей и мелкий клинок, что предназначался скорее для снятия шкур или… Скальпов. Единственное, что удивило по-настоящему — это цепное боло. Три увесистых груза на цепочках из метеоритного железа. Мысленно прикинув какую из имеющихся "техник" Света можно использовать, я довольно осклабился новому приёму контроля на своём вооружении.
— Потренироваться бы…
— Нет, нет, и ещё раз нет! — открестился опричник, обуваясь и отпрыгивая от меня почти на метр. — Спать! Только спать!
— А ужин? Скоро приготовят. Чувствуешь как приятно пахнет варёной олениной, Еремей? Не уходи! Стой!
Мой раздосадованный вопль вперемешку со сдерживаемым хохотом так и остались без ответа — младший дьяк приказа не дрогнул и отбыл в выделенную ему палатку.
— Вот и славно. — подытожил я. — От няньки избавился. Теперь надо перекусить и можно будет прогуляться.
Взгляд невольно устремился в том направлении, где укрылись китайцы. Отгороженные от нас густой линией хвойного леса и изгибом реки, враги чувствовали себя в безопасности на своей территории. Стоит напомнить им о том, что нельзя касаться того, что принадлежит Хаттори.
— Но сначала — поесть! И дедушку не забыть разблокировать, а то он мне все мозги выест…
Скрип плечей композитного лука приятно услаждал слух. Медленно оттянув тетиву до уха, я потерся щекой о полосатое оперение стрелы с обсидиановым наконечником, тщательно прицелился, представляя полёт стрелы, и нежно отпустил натянутую струну из оленьих жил. Негромкий хлопок о кожаный наруч прозвучал три раза подряд. Три быстрых выстрела в одну цель. Три мелькнувших в воздухе чёрточки.
Шедший в центре патрульной группы китаец вздрогнул от первого попадания в спину его разведывательного МПД и начал разворачиваться. Заговор обсидианового наконечника не сработал и пехотинца спас "доспех духа". Э'вьены успели отучить китайцев от беспечности. Вторая стрела чиркнула по стальному наплечнику и угодила в затылок шедшего перед ним солдата в лёгкой броне и каске, с лёгкостью прошибая защиту головы на вылет. Третья вонзилась в боковую сторону шлема предводителя группы и на этот раз заговор сработал на "отлично!"
Тетива вновь захлопала меня по наручу — оставшиеся бойцы патруля падали в снег один за другим и через минуту никто из них уже не дышал.
Мягко ступая по хрусткому насту, появившемуся из-за ночных заморозков, я выбрался из-за частокола деревьев и занялся сбором трофеев и стрел. Последние было не только жалко. Тут, скорее, срабатывало желание сохранить" военную тайну" подданных.
Изобретение Атлантов я оценил по достоинству. Стрелы начисто игнорировали "доспех духа" и в большинстве случаев пробивали броню лёгких МПД. Увы, на производство одной такой оперенной "вестницы смерти" у шамана уходило до пяти дней.
Мысленно пожаловавшись на несправедливость судьбы, я методично обшарил карманы китайцев, избавляя их от содержимого и сваливая в напоясную сумку.
— Только посмотрите! Великий Хан! Владетель замка Мацумото, глава Древнего рода Хаттори! И ведёт себя как заправский мародёр! — съязвил до сих пор обиженный дедушка. Предок уперто полагал, что именно я его отрезал от связи и не дал вмешаться в творящееся непотребство.
