Между валуном и горой, на краю кровавой бойни, возникает Раф. Ошарашенный Джайлс вслед за мной бросается к нему, отставая лишь на шаг. От пережитого шока Раф явно растерял былую уверенность в себе. То и дело моргая, он не сводит с нас отсутствующего взгляда и впервые походит на ребенка, которым, по сути, и является.
– Я думал, только мы и выжили. – Его нижняя губа дрожит, он старается сдержать слезы. – Я видел, как они окружили остальных, и не знал, что делать.
– Кто еще с тобой? – спрашивает Джайлс.
– Пойдемте покажу.
Раф ведет нас сквозь укромные проходы и расщелины, образовавшиеся в результате смещения валунов во время прокладки туннеля. Местами мы протискиваемся лишь с большим трудом – неудивительно, что потрошители не стали и пытаться, но гибкий маленький Раф легко скользит между камнями. Он один увидел здесь путь. Нашел убежище, о котором не знала даже Аллора.
– Когда все началось, отец объяснил мне, что делать. И я собирался остаться там, где он сказал, клянусь, но… я просто волновался, ведь не всех в Песнегрёзе успели предупредить. И я пошел проверить, как там Ральша. А у нее нашлась подруга, у которой тоже был друг… мы собрали всех и постарались добраться сюда в целости и сохранности, но когда пришли, они уже… ну, вы понимаете. Я знал тут укромное местечко, поэтому отвел всех туда.
Тропинка ведет внутрь горы. Миновав короткий туннель, явно естественного происхождения, мы попадаем на поляну, где жмутся друг к другу два десятка детей фейри. Одни плачут, другие их утешают. Но большинство просто обхватывают себя руками или цепляются за тех, кто рядом, уставясь в пространство такими же пустыми глазами, как у Рафа.
– Я не хотел нарушать правила и отставать от остальных, клянусь. – Раф вытирает нос тыльной стороной ладони и качает головой. – Думаешь, папа будет ругаться?
– Нет, ты совершил потрясающий поступок, Раф.
Больше не в силах сдерживаться, Джайлс падает на колени и крепко прижимает мальчика к себе. Он ведь день за днем наблюдал, как этот ребенок, да и все остальные дети, росли в городе, который он поклялся защищать. Том самом, что горит до сих пор.
– В самом деле, – вторю я. – Как тебе удалось, в отличие от остальных, скрыться от потрошителей?
Раф бросает на меня взгляд.
– Я ведь уже говорил вам, что лучше гида не найти. Никто не знает… – он сглатывает, подавляя подкатившие эмоции, – не знал Песнегрёз так, как я. В некоторые места никто кроме меня не смог бы доставить послания, а уж тем более потрошители. Особенно если в качестве «послания» выступали мои друзья.
Когда Джайлс наконец отпускает мальчика, я встаю на колени, кладу руку на плечо Рафа и смотрю ему прямо в глаза.
– Раф, то, о чем я собираюсь тебя просить, совершенно неправильно. Подобное бремя может оказаться не по плечу даже самым опытным взрослым. Но я хочу знать, готов ли ты помочь.
Вспыхнувшие в глазах мальчика искры меня успокаивают. Несмотря на горе и потрясение, он все еще полон гнева и решимости. Его город до сих пор тлеет, но он намерен отомстить. Как и все мы.
– Мне нужно, чтобы ты доставил очень важное послание. И клянусь, если ты сделаешь это, больше я никогда не обращусь к тебе с подобными просьбами.
– Катрия? – Джайлс явно обеспокоен, словно бы предчувствует, к чему все идет. Может, он видит план, который формируется у меня в мозгу, пусть я и придумываю его на ходу?
Раф молчит, все так же решительно глядя мне в глаза.
– Доставь меня в самое сердце Верховного двора.
– Нет, – тут же возражает Джайлс.
– Согласен, – почти мгновенно отзывается Раф.
– Раф, ты не справишься. – Повернувшись, Джайлс указывает на меня пальцем. – Ты не можешь просить его об этом.
– Нужно передать магию Дэвиену. Лучше шанса уже не представится. И только Раф с его способностями сумеет нам помочь, – спокойно поясняю я.
– Ты рисковала жизнью, чтобы эта магия не досталась Болтову, из-за чего даже оставила в его руках последнего оставшегося представителя рода Авинесс, – цедит Джайлс.
Поднявшись на ноги, он сжимает руки в кулаки. Вспыхнувший ранее гнев продолжает расти, и теперь у Джайлса появляется весомый повод обратить всю ярость на меня.
Однако я по-прежнему держусь спокойно.
– Тогда ситуация складывалась по-другому. Когда я ускакала без Дэвиена, надеялась, что в городе магия будет в безопасности. Надеялась, что мы соберем небольшую армию, готовую пробиться в Верховный двор и его освободить. Но обстоятельства сложились иначе. Болтов захватил последнего наследника. Как только его убьют, ритуал, запрещающий носить стеклянную корону кому-то кроме Авинессов, будет разрушен. Тогда Болтов с легкостью наденет ее на себя и станет управлять заключенными в ней силами. Он уже захватил в плен тех, кто выступил против него. – В лучшем случае. – Он обосновался на холме, и теперь, чтобы закрепить свою власть над фейри на ближайшие несколько сотен лет, ему не хватает лишь этого кулона. – Чтобы подчеркнуть свои слова, я дотрагиваюсь до украшения на шее. – Думаешь, у нас долго получится от него прятаться?
