Скоро ей необходимо предстать перед жителями улья в роли княгини, и это нервировало с каждым часом все больше. И сейчас ей требовалась помощь как никогда раньше. Признав это, Эля перенеслась домой. Не в улей Темных вампиров, а в коттедж на берегу моря, в котором она провела большую часть детства.
– Мам, – позвала она, прислушиваясь к ответу.
Элеонора-старшая, «сердце» Темного князя, даже после обращения из человека в вампира сохранила любовь к саду и нелюбовь к улью, где она появлялась на официальные мероприятия и напомнить о своем существовании другим вампиршам. Так что Темной княгине приходилось появляться рука об руку с Александром несколько раз в неделю.
– Я в саду, – послышался ответ.
Юная княжна не теряла времени и мерцала, поднимаясь по вымощенным камнями ступеням.
– Я тут, – Элеонора-старшая вскинула руку из-за высоких розовых кустов. – Милая, я так рада тебя видеть.
– И я тебя, – произнесла Эля, обнимая мать в ответ. – Но я не забыла о твоем молчании.
– А ты бы хотела, чтобы твой отец вмешивался и в жизнь за пределами улья? Это был единственный способ сдержать его. Позволить ему думать, что он все знает о своей любимой дочери и разрешает ей заниматься любимым делом. Только так я добилась минимального вмешательства со стороны папá, – княгиня передразнила дочь и сняла садовые перчатки.
Княжна нахмурилась, размышляя.
– Я запомню твой способ, – пообещала она.
– Но ты же пришла не за тем, чтобы напомнить мне о своей обиде.
– Нет.
– Тогда зачем же? – спросила Темная княгиня, аккуратно поднимая с земли срезанные цветы. Она протянула свободную руку дочери. – Перенеси нас в гостиную. Ну, так о чем ты пришла поговорить? – уточнила, складывая розы на столешнице у раковины.
– Пообещай. Отец не должен знать о нашем разговоре.
– Это я тебе обещаю. Ему, скорее всего, и не понравится то, что я расскажу.
– Ему точно это не понравится. Михаил должен представить меня улью…
– Так, – Темная княгиня ловкого обламывала пальчиками шипы со стеблей. – Все верно.
– Как ты прошла через это? Я ведь понимаю, что совсем недавно некоторые из Светлых вели охоту на меня…
– А другие будут ненавидеть только за то, что ты появилась на пути Михаила. Да, милая, я о женщинах. Красивый мужчина, наделенный властью, – приманка для многих. Их ты сразу узнаешь по выражению лица и желанию от тебя избавиться. С ними расправляйся, не задумываясь. Это мой материнский тебе совет.
Юна княжна сморщила носик от досады.
– Меня мало волнуют предпочтения Михаила, – произнесла она с пренебрежением.
– Это пока.
– Допустим.
– Запомни, мышонок, ты вправе просить все, что только пожелаешь. Во-первых, ты истинная пара Светлого князя – княгиня, а во-вторых, сыграй на том, что ты юна и неопытна. Говорить можешь любую глупость, а вот перед тем, как сделать, обязательно подумай. Пользуйся своими преимуществами. Сейчас Михаил видит в тебе лишь препятствие или ограничение, но дай немного времени – и все изменится. Высшие вампиры собственники и гордецы. Пользуйся и этими слабостями. Он не позволит нанести тебе вред, так как ты его. Это удар по репутации и самолюбию, конечно. И никакой Высший не захочет делить с кем-то свое, даже если оно ему и не нужно. И это правило касается не только вампиров, а любых мужчин в принципе. Хитри, манипулируй или подкупай добротой, заботой – подобное для Высших непривычно, но никогда не проявляй слабость.
***
«Никогда не проявляй слабость», – именно с этой мыслью юная княжна шла под руку с Михаилом.
Их ждали подданные. Первые ряды занимали Высшие вампиры, за ними стояли обращенные, и совсем еще не контролирующий себя молодняк топтался у задней стены, огрызаясь и шипя друг на друга. С появлением Светлого князя потасовки прекратились, и новообращенные опустили головы.
– Конференц-зал? – уточнила Эля, насмешливо поднимаясь к сцене.
– А ты бы предпочла средневековую пыльную комнату с камином?
– Предпочла бы, мой князь.
– Если так пожелает моя княгиня, то в следующий раз мы предстанем перед ульем именно в том зале, о котором ты мечтаешь, – произнес он с угрозой и так тихо, чтобы слышала только она. – Но не в роли гостей.
Эля выдержала холодный взгляд Михаила и обратила свое внимание на присутствующих. Рассматривала статичные лица Высших, безразличные и мертвые.
– У вас нет истинных пар? – спросила она удивленно.
– У нас, моя княгиня, – поправил ее Михаил и обратился с речью: – Сегодня ночью я хочу представить свое «сердце», – он говорил довольно громко и торжественно, но Эля не чувствовала искренности.
«А ведь мама была права», – думала она, едва прислушиваясь к словам. На нескольких женских лицах она увидела почти нескрываемое пренебрежение.
– Моя княгиня Элеонора.
Михаил склонил голову, а другие мужчины припали на одно колено, прикладывая руку к сердцу. Но новоиспеченная Светлая княгиня следила за женщинами, подмечая, как те из них, кто явно был не доволен ее появлением, не торопились поступить по примеру других и потупить взор.
– Мой князь, – произнесла Эля деловито. – Я бы хотела кое-что изменить.
