– Я надеялся, что ты меня пригласишь в кабинет, папа, – с усмешкой произнес Михаил и первым направился к массивным резным дверям из дерева, обходя по дуге Александра и его неизменного советника – Малиса. – У меня была договоренность с Сеаром, и он прислал за мной низшего, сразу как Элеонора появилась на пороге бара.
Темный князь молчал. Он жестом попросил оставить его с визитером наедине и закрыл двери. Прошел к своему месту, сел и спросил ровным тоном:
– Чего она хотела от демона?
Михаила было не обмануть. Он мог поклясться, как чувствует недовольство и растерянность своего врага.
– А вот это самое интересное, – произнес пафосно. – Моя княгиня хотела избавиться от нашей с ней связи. Даже не знаю, как реагировать на такое. Ведь явно видны проблемы воспитания, – поддел он. – Высшая вампирша и отказывается от своей пары…
– Напомню. Ты хотел ее убить. Назло мне. Нет ничего удивительного в желании моей дочери.
– Вот поэтому я и пришел, – признался Михаил, медленно двигаясь вдоль стен и с наигранным интересом рассматривая гобелены. – Я хочу исправить недоразумение.
– А с чего ты решил, что я буду тебе в этом помогать? – Александр позволил себе надменную улыбку и откинулся на тахте, вытянув ноги в остроносых ботинках.
– Ты не будешь, а вот твоя княгиня, думаю, мне не откажет, – беззаботно заметил Светлый, остановившись у гобелена, где князь вручает победителю Эйтла Ферату Зарок. – Пригласишь
– Малис уже отправился за ней.
– Она не в улье? – как бы между прочим поинтересовался Михаил.
– Тебе это знать не нужно, – бросил Темный князь и закрыл глаза.
– Не доверяешь.
– Это тебя удивляет?
– Не особо, – честно ответил Светлый.
Как и многие, он знал, что с появлением истинной пары Александр обзавелся настоящим домом. Очень человеческим. По крайне мере, так говорили. Местонахождение которого было известно самым приближенным. Именно там родилась и выросла его юная княгиня. Именно там Темного князя и семью можно было застать неожиданно. Врасплох. Михаил давно пытался найти способ узнать хотя бы примерную область гнездышка, но все попытки были тщетны.
И если, ожидая, Светлый князь рассчитывал хоть на малейшую помощь со стороны матери Элеоноры, то с ее появлением все надежды умерли с первой же фразой.
– Что он здесь делает? – спросила Темная княгиня, глядя на Михаила без опаски и с небольшим пренебрежением. Словно это не она обращенный в вампира человек, а он.
– Теперь я вижу, что мое «сердце» унаследовала от отца и матери поровну, – произнес он, не забыв улыбнуться.
– Что он здесь делает, Александр? – княгиня повторила вопрос.
Александр не торопился отвечать.
– Я пришел просить помощи, – нехотя признался Михаил.
– Проси, – разрешила она великодушно. – Если гордость позволит.
– Уже позволила, раз я здесь.
– Наша дочь наведывалась к Сеару, – сообщил Темный князь. – Пыталась разорвать связь.
С этими словами маска пренебрежения слетела с лица княгини.
– О-о-о, – выдохнула она, присаживаясь в одно из кресел. – Как импульсивно с ее стороны, – добавила тихо. – Так чего же ты хочешь? – спросила уже мирно.
«А человеческого в ней осталось даже больше, чем я думал», – заметил про себя Михаил и заговорил:
– Хочу, чтобы вы помогли мне. А для этого нам надо как минимум перестать быть врагами. О дружбе я не прошу, да и в нее никто не поверит.
– Ты хочешь, чтобы я пригласил тебя на семейный ужин? Или мы отправимся на посиделки зятя и тестя с удочками? – с усмешкой уточнил Александр.
– Нет. Но впервые за тысячу лет наши ульи могли бы объединиться в Багряную ночь. Восхвалить Лилит и принести ей жертву. Вместе.
– Исключено, – не раздумывая, ответил Темный князь. – Я не впущу в свой улей вас, – произнес он с холодным пренебрежением.
– Но… – в разговор попыталась вступить княгиня. Александр оборвал ее коротким жестом руки.
– Я подозревал, что ты откажешь.
– Тут не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, Михаил. Есть прекрасная сказка про Лисичку, когда моя дочь была ребенком, я читал ей. Так вот…
– Не утруждайся, я знаком с фольклором. И нет, я не собираюсь занимать твою лавочку, у меня есть своя.
Александр поднялся на ноги и подошел к собеседнику.
– Давай начистоту, – произнес он. – Если бы ты в порыве тщеславия не отправился в заведение моей дочери, мы бы сейчас даже не стояли рядом друг с другом. Кто-то из нас сейчас бы дотлевал в камине, пока другие Высшие грызлись за место князя в зеркальном коробе. Как и обычно, впрочем.
– Я оценил глубину твоего сарказма, – хмыкнул Михаил.
– Прекрасно. Я не забыл обстоятельства знакомства моей дочери с тобой. Моя княгиня этого не забыла, и тем более этого не забыла сама Элеонора. Лично моя помощь будет заключаться лишь в том, чтобы не оторвать тебе голову, когда выдается такая возможность. Сейчас мне достаточно сделать шаг. Моей княгине и в голову не придет подобная глупость, как облегчить твои старания, так что… – он развел в стороны руки и растянул губы в самодовольной улыбке. – Хорошего дня, Светлый князь, долгих лет тебе и твоей истинной. Особо я настаиваю на последнем.
