– Если вы собираетесь заниматься пикировкой и дальше, то мы с дочерью не станем здесь задерживаться, – произнесла Темная княгиня строго. – Да и наше общество, как я посмотрю, вам ни к чему. Вы довольны друг другом.
– Прошу прощения, – тут же среагировал Михаил. – И да, я совсем неопытен в семейных встречах.
– В них все просто, – заверила Темная княгиня. – Главное, чтобы все присутствующие к концу ужина остались живы. Кстати, это правило распространяется не только на вампиров. Но на людей и… оборотней в том числе, – пояснила она, поднимаясь и обнимая дочь.
– Так вот кто главный в вашей семье… – заметил Михаил ехидно, отпуская девичью ладонь.
– Мужчина, что утверждается за счет своей женщины… точно не может называться мужчиной, – парировала Темная княгиня, занимая прежнее место и беря Александра за руку.
Светлому показалось это забавным. Его губы дернулись в улыбке, но он промолчал. Пока промолчал, чувствуя, как внутри, словно лава, скапливается ехидство.
Первые минут десять он молча наблюдал. Происходящее выглядело нелепо. Да, нелепо. Именно такое слово подходило как нельзя лучше. Со стороны Темного князя с княгиней и их дочерью можно было принять за нормальную человеческую семью. Они рассказывали друг другу новости, шутили, смеялись. Михаил даже осмотрелся, представив, что и он попадает под эту «нормальность».
– Что тебя так взволновало, Светлый? – поинтересовался Александр, впервые с момента встречи взглянув на него. – Твое сердцебиение оглушает, – он поднес указательный палец к своему уху, демонстрируя, что слышит частые удары. – Это страх? – уточнил он с издевкой.
– Радость от близости моей княгини, – ответил Михаил с улыбкой на губах. – Не так часто нам удается побыть вместе, – он придвинул стул к Эле.
Вампирша не растерялась, прильнула к мужскому плечу, окутывая притягательным ароматом кожи.
– Я тоже скучала, – промурлыкала она, потираясь щекой. – М-м-м, очень, – добавила, впиваясь острыми ноготками Михаилу в руку, намекая, что не нужно дразнить ее отца.
– Я больше, – ответил Светлый князь, склоняясь и целуя свою княгиню в лоб. “Интересные ощущения”, – отметил он про себя, касаясь девичьего лица губами. Приятные. Об этом человеческом жесте он вычитал в одной из книг и решил, что тот применим в сложившейся ситуации.
– Нет, я, – ответила Эля, улыбаясь еще шире и искреннее, и при этом сильнее вцепилась в плечо, стараясь сделать еще больней.
Михаил ухмыльнулся молчаливому протесту, перевел взгляд на Александра.
– Дела отвлекают нас друг от друга, – пояснил он.
– Понимаю, – спокойно отреагировал Темный, но взгляд его с лица врага медленно опустился к дочери и помрачнел. – Мышонок, – обратился он к ней, – у тебя довольно странная поза. Тебе точно удобно сидеть вот так? Прижимаясь… выглядит небезопасно.
– Папа́, ты сейчас серьезно?..
– Более чем. Сядь хорошо, мы за столом.
Юная княгиня отпустила мужскую руку, выпрямилась, шумно и порицательно вздыхая.
– Мне напомнить, сколько мне лет? – спросила она, чуть подаваясь вперед.
– Я прекрасно помню твой возраст. Но… это он, – Темный вскинул руку и бесцеремонно указал на Михаила.
– Да, это я, – ответил тот и откинулся на хлипком стуле. – И я хочу сказать тебе, Александр, спасибо. Своими действиями ты все больше подталкиваешь собственную дочь ко мне – к своему врагу.
– Ты забываешься! – от резких движений Темного князя неустойчивый квадратный стол чуть проехал вперед, упершись Михаилу в живот.
– Вы оба забываетесь!
– Папа́, хватит!
Женские грозные вскрики смешались.
– Ведете себя как дети!
– Мир? – предложил Михаил, протягивая раскрытую ладонь.
– Если ты сейчас не уберешь руку, я тебе ее оторву, – с угрозой ответил Александр, жестом поторапливая владельца ресторанчика.
Но Михаил не собирался сдаваться.
– А ты не думал, что мы похожи? – спросил он у Темного князя. – Мы за вами повторяем прекрасную историю Ромео и Джульетты. Лишь в других декорациях. Любовь, – он подарил Эле продолжительный нечитаемый взгляд. – Вражда, – ухмыльнулся Александру. – Не поверю, что оборотни были счастливы такой паре для кого-то из своей стаи.
– Да, есть сходство. Уже нести яд? – поинтересовался собеседник, отклоняясь и позволяя поставить перед ним рыбу, приготовленную на костре.
– Тебе совсем не жаль свою дочь?
– Моя дочь не так глупа, чтобы лишиться жизни из-за кого-то.
– А я, значит, достаточно глуп?..
Александр развел руки в стороны и произнес:
– Очень на это надеюсь.
Эля взмахнула вилкой в воздухе, словно дирижер, привлекая к себе внимание.
– Всем приятного аппетита, – произнесла она. – Приятного, папá, мама и Михаил, – последнее имя она особенно выделила. – Когда я ем – я глух и нем. Так же говорят?
– Что-то слышал подобное, – ответил Михаил. – Приятного аппетита, моя княгиня. И вам, дорогие тесть и теща.
Александр еще не прикоснулся к еде, взяв в угрожающей манере в руки нож, пытался уничтожить взглядом собеседника, плотно сжав губы, явно не желая демонстрировать клыки.
– Ты не любишь рыбу?
