Несмотря на сварливый тон, в глазах его загорелся огонь – он явно не всегда был связным, когда-то наверняка участвовал в делах культа и оперативником. А уж эти ребята замазаны по маковку – пытки, некромантия, массовые казни. Все якобы на благо человечества… Не зря, ох, не зря тогда в Челябинске расстреляли шестнадцать человек. Четверых, кстати, потом пришлось заживо сжечь – простых пуль оказалось недостаточно для того, чтобы их убить.
– Во-первых, крепкий сосновый гроб с крышкой на болтах, – я достал листок бумаги и набросал схемку. – Под девушку, не полную, рост около метра семидесяти. Отверстия в гробу вот тут, тут, тут и тут, полтора сантиметра в диаметре. Отверстия усилить стальными трубками, чтобы вампир разодрать не мог.
– Это легко, – старик повертел схемку в руках и вернул. – Что еще?
– Литр елея, четыре литра березового сока, пол…литра рыбьего клея – без всякой химии, очень прошу. И капельницы, шесть штук. И механические настенные часы.
– Несложно, – покачал головой собеседник.
– И – адрес кого-то из иерархов. Высший вампир, князь сидов, королева русалок. На худой конец – архишаман гоблинов.
– Невозможно, – заявил Митрич. – За такую информацию ФСБ набьет рублями карманы любому. Понятно, что в Санкт-Петербурге время от времени бывают большие ребята, но узнают об этом обычно постфактум.
– Ну, мало ли, – я подмигнул старику. – Яв любом случае своего добьюсь, но хотелось бы решить все вопросы не прибегая к сторонним ресурсам.
– Не могу так больше, – выдохнул Митрич. – Я надеялся, что вы приехали – и теперь что-то будет! А вы просите у меня гроб и елей! Гроб и елей! Вы просто собираетесь выкрасть какого-то вампира!
– Не просто выкрасть, – тихо сказал я и тут же прикусил язык, понимая, что сболтнул лишнего.
– Ладно, даже и так, – Митрич не обратил внимания на мое замешательство. – Одного вампира! А их тысячи! Десятки тысяч целей!
– Пусть ждут своего часа, – твердо сказал я.
– Пусть, – грустно согласился старик.
– Воробушек по зернышку клюет. Делай что должно.
– И будь что будет, – недовольно продолжил Митрич. – Ладно, если еще что надо будет – заходите. Гроб, елей, березовый сок и клей будут завтра к вечеру.
– Надо к утру.
– Значит, будут к утру, – не смутился старик.
Я вышел на улицу, протолкнувшись через небольшую толпу потенциальных покупателей. Люди как люди, такие же как в Вартовске или Новосибе.
– Закрыто! Переучет! – орал сзади Митрич, поясняя, почему он не собирается пускать к себе покупателей.
Я вырулил обратно на Московский, по нему доехал до Фонтанки, дальше по убитой напрочь набережной до здания бывшего Лениздата. Запарковался, обошел машину, поднялся на третий этаж соседнего с издательством дома, постучал в дверь.
– Кто тут бродит, – сварливо поинтересовался нестарый еще голос.
– Это Сергей Карамзин, профессор теологии.
– О! – дверь тут же распахнулась, за ней стоял невысокий худой парень в семейниках в горошек, с длинной козлиной бородкой. – По вам часы сверять можно! Первая лекция завтра вечером… Да вы проходите, проходите!
Я прошел. Бардак в этом месте закончился лет десять назад, теперь это место уже нельзя было назвать квартирой. Это была откровенная свалка мебели, книг, каких-то сломанных приборов.
– Итак, первая лекция – «Мифы о быте вампиров», завтра, в двадцать три тридцать. Основные слушатели, вы уж не обессудьте – вампиры. Восемьдесят билетов раскуплено, двадцать я придержал, но продать могу в любой момент.
– Продавайте, у меня нет знакомых в Петербурге.
– Вторая лекция – послезавтра, в двенадцать ноль-ноль. «Смерть верховного нечеловеческого существа: как увеличить шансы на выживание в этой ситуации». Продано только шестьдесят билетов, еще двадцать распространено с существенной скидкой среди интересующихся, но небогатых существ, и двадцать осталось. Распространить их хоть за какие-то деньги не представляется возможным.
– Олег, я восхищен. Вот честно. В Новосибирске даже бесплатно загнать на лекцию больше десятка незнакомых людей мне не удавалось.
– Так это бесплатно, – пожал плечами парень. – То, что бесплатно, ценности не имеет. Третья лекция, вы говорили, опционально. То есть может быть будет, может быть – нет. «Особенности построения мифов в постиндустриальную эпоху». Послепослезавтра, в одиннадцать тридцать. Информацию о событии я распространил, но оплата на входе, поймите меня правильно. Я не могу брать деньги за лекцию, которая имеет шансы не состояться.
– Прогноз количества слушателей?
– Сергей Давыдович, я организатор, а не волшебник. Человек тридцать как минимум, скорее всего около пятидесяти.
Я посчитал – с учетом процента Олега выходило совсем неплохо. Месячная зарплата за три дня! Впрочем, за деньгами я никогда не гнался, и менять принципы во второй половине жизни не собирался.
– В «Лениздате»? – уточнил я на всякий случай.
– А чего далеко ходить? – Олег улыбнулся. При свете из окна стало видно, что половина зубов у него подгнила.
