– Твой бывший дом далеко отсюда? – поинтересовался Вейлин, с любопытством оглядывая окрестности.
– Да, он почти на самом краю города. В нижнем районе. Местный называли его Скьюм. – Это воспоминание заставило Иону скривиться.
– Место отребья? – перевел название Вейлин. – Ты жила в трущобах?
– Мы все жили. Я, мама, Дей… и наш отец.
Поправив на плече тяжелую сумку с лекарствами, Иона поморщилась. После сна на твердой земле и целого дня скачки на лошади спина ныла от напряжения. Заметив это, Вейлин молча протянул руку и забрал ношу.
– Спасибо, – кивнула она в знак благодарности, в очередной раз поразившись легкости, с которой Вейлин понимал ее нужды.
– Почему Грания жила здесь? Почему выбрала такого, как этот Элбан? – спросил он, пока они пробирались к рынку сквозь толпу местных. – Она была красива. Неужели не смогла найти кого-то…
– …получше? – закончила за него Иона.
Вейлин лишь кивнул.
– Я плохо помню свои ранние годы. Поначалу мы вдвоем жили в небольшом домике на окраине города, название которого я уже даже и не вспомню. Моя мать только и умела, что быть красивой да подавать напитки. Работала в местной таверне, пропадала там ночами. – Они завернули за угол. – Многие на нее заглядывались, но вне работы она сторонилась мужчин. По крайней мере, домой она ни разу никого не приводила. Что-то не так? – Она заметила, что Вейлин то и дело поворачивает голову в разные стороны, словно ищет что-то в окружающей их толпе.
– Нет-нет, все в порядке, продолжай. – Он вновь весь обратился в слух.
– Все шло неплохо. Но однажды, когда мне исполнилось одиннадцать, мы с матерью проснулись от запаха дыма. Это было ужасно. Не переставая кашлять, мама завернула меня в одеяло и выбежала на улицу.
– Что произошло?
– Ревнивая жена одного из постояльцев, напившись в компании своих сестер, подожгла наш дом. Орала, что поделом моей матери, что она спит со всеми мужиками за деньги, и еще много всякого… В который раз красота моей матери обернулась против нее, – вздохнула Иона, вспоминая те дни. – В итоге нам пришлось бежать, оставив позади себя пепелище. Мы долго скитались по городкам и деревням, пока не пришли сюда. Мама… она все сильнее отчаивалась. Я слышала, как она плакала ночами на кровати очередного захудалого постоялого двора. Мы прибыли в Тирам, когда мне едва исполнилось двенадцать. Мама устроилась прислугой на работу к какому-то богачу. Через несколько месяцев она объявила, что выходит за него замуж и что у нас наконец-то будет вкусная еда и красивые платья.
– Это и был Элбан? – догадался Вейлин.
Иона в ответ кивнула.
За разговором они дошли до рынка. Истертая каменная площадь была уставлена небольшими торговыми лавками, где знахари и зельевары, ремесленники и мастера выставляли свои изделия. Витрины пестрели множеством товаров, а воздух наполнялся стуком наковальни, шуршанием мешков и запахом трав и пряностей. Вейлин поморщился, стараясь дышать ртом.
– В чем дело? – встревожилась Иона, от внимания которой не укрылось его поведение.
– Это место… ужасающая смесь запахов и звуков. Как будто все одновременно орут мне прямо в уши, а еще смердят всякой дрянью перед моим носом. Из-за этого чувствую себя оглушенным. – Внезапно он наклонился к Ионе и втянул носом воздух возле ее шеи. – Вот, так гораздо лучше.
Иона фыркнула, подавляя приступ смущения. После утренней сцены ей казалось, что более ничто в поведении ликана ее не удивит.
– В такие моменты ты и вправду больше напоминаешь животное, чем человека.
Иона покосилась на его глаза, желая убедиться в том, что они оставались серыми.
– Запахи очень важны для ликанов. Я с закрытыми глазами могу учуять чужой страх. Или ранение. Или… возбуждение. – На последних словах он хитро улыбнулся одним уголком рта. – Бренн как-то рассказывал, что ликаны находят свои пары, основываясь лишь на запахе. Глаза могут обмануть. Но мой нос, – он постучал пальцем по переносице, – никогда.
– И чем же пахнут… пары? – не сумела сдержать любопытства Иона.
– Для всех по-своему, конечно. В зависимости от того, что нравится. Впрочем, я мало что знаю. Никогда не жил в стае. – Вейлин резко остановился, прервав свою речь. – Не может быть…
– Вейлин? Что такое? – повернувшись к нему, нахмурилась Иона.
– Нет, я… ничего, – вздрогнул Вейлин, а потом взял себя в руки и вернулся к первоначальному обсуждению, небрежным жестом обведя окружающее пространство – В общем, из-за всего этого я теряюсь и будто бы двигаюсь на ощупь. И мне постоянно кажется, что за нами кто-то следит.
Рядом с ними прошли две девушки. Не скрывая интереса, они во все глаза пялились на Вейлина, а затем, стоило ему повернуться в их сторону, смущенно захихикали и скрылись в толпе. Иона хмуро осмотрела спутника.
– Ну, твоя внешность и впрямь привлекает внимание. – Она указала на белые волосы Вейлина.
Проследив за жестом Ионы, он накинул на голову капюшон.
– Считаешь меня красивым, хозяйка?
