Она медленно легла на землю, глядя на усеявшие эбеновое небо светящиеся точки. Здесь, вдали от городов, звезды горели ярче. Аэль опустился рядом, и его взгляд скользнул по татуировке на бедре Алиеноры, но он запретил себе думать об этом.
Их тела не соприкасались, но внутренне они тянулись друг к другу, словно их соединяла невидимая нить. Какие-то сантиметры отделяли руку Алиеноры от руки Аэля, и девушке казалось, что она чувствует прикосновение. Юноша и девушка смотрели в одном направлении, разделяя странное предчувствие, что отныне их судьбы связаны.
Охотник должен быть внимателен ко всему, что его окружает;
это оружие, которое ему послужит, и угроза, которая будет ему мешать.
Солнце поднялось слишком рано, а вместе с ним пришла и невыносимая жара. Проснувшись, Аэль сразу же почувствовал песок в волосах и боль в спине из-за каменистой почвы. Он огляделся в поисках Алиеноры. Она сидела сгорбившись рядом с Мистралем и точила свой кинжал.
«Наверняка проснулась не меньше часа назад и готова отправляться в путь», – подумал юноша.
Он удивился, почему девушка не разбудила его, как раньше, и поспешил к ней.
Сев рядом, Хранитель искренне улыбнулся ей. Странница равнодушно посмотрела на Аэля и вернулась к своему занятию, как будто между ними ничего и не было. Не могла же она забыть… просто не могла не почувствовать той связи. Не могла. Но теперь Аэлю казалось, что между ними ничего не изменилось, как будто они не разделили одиночество и надежды в безмолвии минувшей ночи.
Алиенора казалась ему еще более далекой, чем прежде.
Аэля это задело – он подавил вспыхнувшую было симпатию и решил похоронить мысли о прошлой ночи под холодной маской самоуверенного Хранителя. Раз девушка не хочет признавать эти воспоминания, он сделает то же самое. В конце концов, минутная близость с Шааль не более чем пустяк, чистая случайность.
Юноша скрестил руки на груди. Алиенора равнодушно протянула ему лист с перечнем инструкций.
Охотница встала, заткнула кинжал за пояс и медленно повела Мистраля к началу моста. Она хлопнула его по холке, и конь перенес первое копыто на мост. Опора дрогнула, но выдержала. Мистраль двинулся дальше под пристальным взглядом своей хозяйки. Он шел медленно. Алиенора не сводила с него взгляда.
Когда конь достиг другого края, он повернулся к остальным путникам. Аэль точно так же отправил на противоположную сторону Изиду. Когда кобыла оказалась в безопасности, настала очередь путников.
Мост был настолько узким, что им пришлось идти поодиночке. Алиенора положила руку на одну из балок, удерживавших подвесной мост, и взмолилась про себя, чтобы они продержались, пока она с Аэлем доберется до другого края. Девушка посмотрела перед собой. Разлом казался ей гораздо больше, чем рассказывали.
Охотница осторожно поставила ногу на первую доску и затаила дыхание, услышав, как деревянный настил скрипнул под ее весом. Выждав несколько секунд и удостоверившись, что ничего не произошло, она передвинула вторую ногу вперед, держась за ветхие веревки, служившие перилами. Девушка чувствовала спиной, что Аэль повторял каждое ее движение. Они ступали по подвесному мосту, как два ребенка, искавшие дорогу из логова спящих людоедов.
Алиенора рискнула глянуть вниз. Крутые, острые утесы обрывались в нескольких десятках метров от них, прежде чем исчезнуть в водах Багрового моря. Волны захлестывали расщелину и с грохотом разбивались о скалы. Девушка продолжала идти вперед.
Рука Аэля сжала ее плечо. Она уже приготовилась к очередной идиотской выходке мальчишки. Но в тот самый момент, когда девушка оглянулась, доска под ее ногой не выдержала.
Охотница поскользнулась и схватилась за державшие мост веревки. Повиснув над пустотой, она собрала все силы и подтянулась. Подняла голову. Аэль внимательно наблюдал за ней, ожидая, упадет она или выкарабкается сама. К изумлению Алиеноры, он перешагнул через нее, стараясь не наступить на прогнившую доску.
