Она не могла в это поверить. Неужели юноша так и бросит ее здесь и даже не попытается ей помочь? Вряд ли девушка бы приняла его помощь, но этот жест хоть говорил бы о том, что у него есть какие-то шансы излечиться от своего невероятного эгоизма.
Наконец, – и вечности не прошло! – Аэль присел на корточки и протянул ей руку. Алиенора презрительно взглянула на этот жест притворной доброты и с королевским безразличием проигнорировала его. Она зажала веревки коленями, оперлась на перила и выпрыгнула из этого положения. Охотница плавно приземлилась на мост. За это время Аэль поднялся на ноги и уже шел вперед по доскам, возраст которых измерялся веками. Девушка поклялась себе, что однажды она убьет этого человека.
Мост скрипел, кряхтел и стонал, точь-в-точь как старуха с больными суставами. Край расщелины был все ближе к ним, но обоим путникам казалось, что процесс шел недостаточно быстро, и ни один из них не доверял этой груде истертых веревок и прогнивших досок. Путешественники торопились, но темп все равно был медленным – нельзя было забывать, насколько хрупок мост. И вдруг тишину разорвал оглушительный скрип, а потом по барабанным перепонкам спутников ударил страшный звук, похожий на треск разрывающейся ткани. Ничего хорошего он не сулил. Аэль повернулся к Алиеноре со страдальческим выражением лица. Девушка застыла в напряжении, готовая ко всему. Вдвоем они затаили дыхание.
Воцарилась тишина.
Последовал треск – и мост дрогнул.
Алиенора почувствовала, как опора уходит из-под ног, а Аэль отчаянно искал, за что схватиться. Хранитель бросился к обрыву, но до него было еще слишком далеко. Через какую-то долю секунды путешественники ударились об отвесную скалу Разлома, изо всех сил цепляясь за доски, еще мгновение назад бывшие их дорогой. Алиенора, как опытный скалолаз, сразу же ухватилась за деревянный настил, в то время как Аэль пытался осознать, что сейчас произошло. Он поднял голову к бесконечно далекому карнизу. Ладони юноши были в крови, а рот – полон песка. Бушующее море разбивалось под ним в пену об острые, смертоносные скалы.
Вдобавок ко всему путешественников окатила волна высотой в несколько метров, а ведь их положение и без того было не самым удачным. Алиенора мысленно проклинала Разлом вместе с Багровым морем. Ей совершенно не хотелось мокнуть именно в тот момент, когда она пыталась придумать, как выбраться живой из этой, мягко говоря, не очень-то удобной ситуации – да еще и с балластом за плечами. Аэль, напротив, казалось, наслаждался неожиданной прохладой, которая давала мимолетную передышку от жары, душившей его несколько дней.
А потом налетел ветер. Его горячие порывы несли воду и песок, ослепляя Алиенору и не давая разглядеть край Разлома где-то вверху. Девушка прижалась лбом к раскаленному камню, дожидаясь, когда ветер стихнет. Он прошел так же внезапно, как и налетел, но Аэль задохнулся от набившегося в горло песка. Несколько раз он едва не отпустил одну из рук, чтобы провести ею по лицу и протереть глаза. Что-то толкнуло его снизу. Алиенора уже уверенно держалась за стену, а ее мрачный взгляд метал молнии. Кивком головы она приказала спутнику подниматься. Юноша хотел было отрицательно замотать головой: его навыки скалолазания были далеки от совершенства, а малейшая ошибка могла обернуться гибелью для них обоих. Но взгляд Алиеноры кричал ему о жажде жизни – это был их единственный шанс. Хранитель схватился за перекладину над головой с тяжким вздохом и начал подъем.
Самыми трудными выдались первые несколько метров. Доски были такими хрупкими, что некоторые едва выдерживали вес Аэля. Но какая-то дремавшая в нем сила, о существовании которой юноша и не подозревал, заставляла его карабкаться все выше и выше. Ему даже казалось, что он ощущал безмолвную поддержку карабкавшейся за ним Алиеноры. Парень хотел быть похожим на нее. Доказать, что он может сравняться с проводницей. Доказать, что может преодолеть себя и выбраться из Разлома без ее помощи.
Карниз был уже совсем близко.
В нескольких метрах под ним Алиенора с интересом наблюдала за действиями Аэля. Юноша отреагировал на ситуацию неожиданно трезво и не поддался панике, чего она опасалась. Он карабкался по отвесной скале с уверенностью, которой девушка в нем даже не подозревала.
Может, молодой человек был даже слишком уверен в себе.
Охотница заметила треснувшую доску буквально за мгновение до того, как он за нее ухватился. Древесина хрустнула под пальцами Аэля, и он потерял равновесие. Почувствовал, как падает назад, и попытался ухватиться за перекладины.
Слишком поздно. Он уже падал в пустоту.
Сердце Алиеноры пропустило удар. Если она ничего не сделает, Аэль разобьется о камни. Покорная инстинкту, девушка оттолкнулась ногами и прижала Аэля к стене. Они изо всех сил хватались за веревки, раздирая ладони в кровь. Хранитель почувствовал, что разбил колени и наставил новых прорех на штанах. Огромный мост, превратившийся в лестницу, задрожал под их весом. Путники едва осмеливались дышать – оба понимали, что, возможно, проживают свои последние мгновения.
