Охотница затаила дыхание и покрутила в пальцах кинжалы, лезвия со свистом рассекали воздух. Медленно, стараясь не шуршать одеждой, она присела. Сосредоточенное лицо девушки исказила гримаса боли, хотя она и старалась ее игнорировать.
Зверь ударил лапой, выдав себя, и бросился на жертву.
Алиенора напрягла мышцы и шепотом отсчитала:
– Три… два… один.
Она оттолкнулась ногами, взмыла в небо, сделала сальто вперед и в последнюю секунду развернулась. Девушка приземлилась на спину волка, а ее руки погрузились в его грубую и пыльную шерсть, черную, как само небытие.
Алиенора рассмеялась. Если бы кто-нибудь слышал ее сейчас, то наверняка угадал бы в этом смехе ликование безумной, обретшей разум, или радость ребенка, поймавшего бабочку. Как бы то ни было, молодая Охотница торжествовала.
Второй после вожака волк попытался броситься в атаку, но потом отпрянул. Охотница крепче вцепилась в бока чудовища, чтобы не потерять равновесие. А потом, крепко сжав пальцы вокруг кинжала, она вонзила клинок в затылок хищника, поразив и спинной, и головной мозг.
Волк под ней рухнул с предсмертным хрипом. Затем, слегка повернувшись, девушка выбралась из своего импровизированного седла и плавно соскользнула на землю. Но раненая нога тут же задрожала и подогнулась, не выдержав веса тела. Так и не найдя опоры, путешественница рухнула, и от столкновения с землей дыхание Алиеноры сбилось.
Она почувствовала на лице обжигающее дыхание, словно вулканический жар. Не успела Охотница сделать и малейшее движение, чтобы сесть, как темная лапа с длинными, острыми когтями опустилась ей на грудь. Над Алиенорой нависла внушительных размеров голова и клыки, обещавшие боль и кровопролитие.
Но она все еще держала в руке кинжал.
И прицелилась лезвием в широкую грудь альфы. Хотела прицелиться.
Вожак стаи, как будто угадав ее намерение, придавил второй передней лапой руку девушки. Алиенора выронила оружие, и оно укатилось в бурую пыль за пределы досягаемости. Охотница посмотрела смерти в глаза, как делала раньше и будет делать всегда.
И не увидела ни белков, ни зрачков. Глазное яблоко чудовища целиком было того переливающегося, насыщенного цвета, который является детям в кошмарах, наводит на них ужас и не оставляет среди белого дня. Красного. В кровавом багрянце девушка видела собственное изменчивое отражение. Не отражение своей внешности, но что-то скрытое гораздо глубже, что Алиенора открыла только в этом взгляде.
В каком-то смысле она и вожак были очень похожи. Они оба – хищники, оба рождены, чтобы выслеживать, находить и побеждать. У обоих были сила, скорость, выносливость. А еще ум и меткость.
Волк не сводил с Охотницы глаз, и ей показалось, что в них мелькнуло уважение, какое испытываешь только к достойному сопернику. Понимал ли он, кто она такая? Видел ли он это странное сходство? Возможно ли это?
Он запрокинул огромную голову и издал глубокий, мощный вой.
Пыль оседала вокруг них, на них, и Алиенора, которая никогда не верила ни во что, кроме истины, начала молиться.
«Пусть случится чудо, – подумала она, – одно только маленькое чудо, только сегодня».
Охотница продолжала смотреть в глаза волка, не желая опускать взгляд перед лицом судьбы. Девушка всегда говорила себе, что, когда смерть настигнет ее, она рассмеется ей в лицо из последних сил, и тогда даже в смерти странница обретет свободу.
Алиенора все улыбалась, а чудовище потянулось к ней сверкающими клыками – вдруг стрела со свистом рассекла воздух и вонзилась прямо в затылок зверя. Тот зарычал от боли и злости и мотнул головой в сторону выстрела. Еще одна стрела прочертила дугу в небе и вонзилась рядом с первой. Волк тяжело завалился на бок, его грудь поднялась два или три раза, и он замер уже навсегда.
В памяти Алиеноры всплыл образ.
Всадник.
Аэль не умел обращаться с луком, которого у него к тому же не было. Тогда выпустить стрелу мог только всадник. Значит, он успел добраться до них вовремя.
Девушка увидела, как кто-то протянул ей руку, чтобы помочь подняться, и приняла ее.
Алиенора посмотрела на своего спасителя. Высокий и мускулистый, с загорелой кожей и в мягкой одежде, это был опытный путешественник.
Угловатые очертания лица, тонкие губы, взгляд…
– Алиенора?
Она удивленно моргнула. Быть не может.
– Лез?
Они улыбнулись друг другу.
– Кажется, я только что спас тебе жизнь, дорогая. Снова!
– Да ты просто подарок судьбы, – ответила она, подмигнув ему.
Несколько секунд они смотрели друг на друга, а потом со смехом бросились в объятия друг друга. Аэль никогда не видел, чтобы Алиенора так держалась с кем-то.
Юноша наблюдал эту сцену воссоединения со стороны. Этот Лез и Алиенора были странно похожи, его мускулистое тело двигалось с той же плавной грацией. Но было и нечто другое, что тревожило Аэля гораздо больше. Со стороны они казались почти родными, но в то же время это были два совершенно разных человека, что было видно по взглядам.
