Губ Хранителя коснулось ее дыхание, и его прохлада погасила бушевавшее во снах пламя. Постепенно Аэль ощутил землю под ногами, а в воздухе больше не было гари. Тогда парень решился открыть глаза.
Беспокойное и непонимающее лицо Алиеноры было в сантиметрах от него.
Аэлю понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, где они находятся, а потом еще несколько – что он здесь делает. Юноша стоял на коленях возле деревянной балки на соломенной подстилке. Позади раздавался стук копыт, тяжелое дыхание и фырканье, напоминавшие о водопое. Конюшня.
По-прежнему держа запястья юноши, Алиенора поднялась и увлекла его за собой. Повинуясь привычке, тот отряхнул штаны, и несколько соломинок слетели на землю.
– Знай я, что ты заснешь, ни за что бы не оставила тебя одного! Подумать только – даже не смог меня дождаться и как следует приглядеть за лошадьми! – вздохнула Охотница, проведя рукой по волосам. – Так, значит, корабль отчалит на закате.
Она повернулась к Аэлю, и в ее глазах блеснуло веселье, которое обычно ничего, кроме неприятностей, не сулило.
– А это значит, что у меня полно времени, чтобы показать тебе Саль’Люин.
Улыбка девушки была настолько ослепительна, что юноше ничего не оставалось, кроме как улыбнуться в ответ.
– Со мной ты точно не заснешь, – шепнула она ему на ухо то ли угрозу, то ли обещание.
Аэлю стало легче. Он знал, что пока Алиенора рядом, кошмары ему не страшны.
Девушка двинулась к выходу на улицу, где им предстояло проталкиваться сквозь оживленную толпу.
Юноша на ходу посмотрел на свою руку, изумляясь, что на ней нет следов ожога. Каждый миллиметр кожи помнил о пронзительной боли. Хранитель прижал руку к сердцу.
Это всего лишь сон.
Каким бы правдоподобным он ни был.
Жизнь кипела в Саль’Люине.
На базаре царила привычная суета, и жители вы́сыпали на улицы, чтобы сделать необходимые покупки: среди торговых рядов можно было найти продукты, инструменты, ткани и самые разные безделушки.
Непримечательные прилавки были сооружены из деревянных перекладин и растянутой поверх холстины. И при этом они были устроены так, что каждый по-своему манил своей роскошью и богатством, а торговцы были настолько гостеприимны, что трудно было пройти мимо.
Аэль с любопытством разглядывал все, стараясь не терять Алиенору из виду. Прилавки были завалены дарами моря – от рыбы и моллюсков до соли и водорослей, а еще на них были разложены изделия из горного хрусталя, одежда, горшки и лекарственные растения.
Взгляд юноши привлек один прилавок, и он направился прямиком к нему. Часть прилавка занимали костяные клетки – одни были пусты, а в других сидели диковинные животные, которых Аэль никогда прежде не видел.
Он приблизился к клетке, закрепленной на навесе. Внутри спал крошечный грызун: серый мех с белыми полосами поднимался и опускался в такт мерному дыханию. На кончике тонкого хвоста было подобие кисточки, лапки заканчивались изогнутыми коготками, а на макушке возвышались большие уши. Веки зверька оставались плотно сомкнутыми.
Юноша был так заинтригован, что просунул палец сквозь прутья и погладил серую шерстку. Когда он осторожно прикоснулся к меху, животное вздрогнуло, распахнуло огромные черные глаза без зрачков, обвило хвостом запястье Аэля и открыло пасть, усеянную острыми зубками. Зверек впился ему в палец – юноша вскрикнул от удивления и боли.
Он с трудом освободил руку и, отдернув ее, спешно отступил от клетки.
– Что, нашел сородича, Аэль, достойного противника? – рассмеялась за его спиной Алиенора.
Хранитель поднес укус к свету, на ране выступило несколько капель крови.
– Да это чудовище мне палец прокусило!
Странница закатила глаза.
– Может, тебе перевязку сделать? – насмешливо поинтересовалась она.
Аэль пробормотал что-то неразборчивое, подозрительно похожее на оскорбление. Алиенора только расплылась в улыбке и кивнула торговцу дикими животными. Взяв своего товарища за запястье, девушка повела его сквозь толпу к лавкам с едой и специями: им нужно было купить провизии перед дальнейшим путешествием, а все, что останется, Охотница решила использовать на обратном пути.
– Мужчины как дети, – вздохнула она, покачав головой.
Путники миновали лавки с оружием, расписной керамикой, украшениями и драгоценными камнями. Солнце все еще сияло над крепостными стенами.
Аэль оглядывался по сторонам, пытаясь запомнить все детали открывшегося им города. Конечно, и в Ден’Джахале были рынки, но из-за постоянного присутствия Хранителей и соседства с Академией Шааль никогда не могли позволить себе быть такими счастливыми, суетными и свободными, как люди здесь.
Но юноша не переставал думать о девушке, которая с легкостью привычки вела его сквозь толпу. Странница стянула длинные черные волосы в небрежный хвост, а под плащом спрятала от посторонних глаз кинжалы. Ее тонкие пальцы, словно узы, сомкнулись на запястье Аэля.
Тот рывком освободился от руки Алиеноры.
Она удивленно обернулась.
– Прости, я и не заметила, что держу тебя за руку.
Аэль отвел взгляд, потирая запястье.
