— Один товарищ, много лет воевавший с южанами, рассказал мне интересную байку, — неторопливо произнёс Лотаринг, продолжая смолить табачок. — Когда-то давно всеми тамошними городами в оазисах правили демоны. У них была своя иерархия: наиболее могущественные владели тысячами душ смертных, которых высокомерные твари считали за скот. Они проигрывали людей друг другу в карты, устраивали бои насмерть между гладиаторами, наслаждались предсмертными страданиями женщин и детей, а пропитанный агонией мозг и нежное мясо были их любимыми деликатесами. Короче они веками пили кровь своих подданных, пока люди их наконец-то не опрокинули с насиженных тронов.
— Вы точно о демонах мне рассказываете? — осторожно спросил Желтыш.
— Ага. О тех самых, что сейчас служат Бессмертному Тирану, словно псы на коротком поводке. Около трёх сотен лет назад он освободил свой народ и сумел подчинить этих тварей собственной воле. Их обособленные домены пали один за другим, а сила теперь служит людям. Южане, разумеется, выродки — проводят кровавые ритуалы с детскими жертвоприношениями. Но кое-чему мы бы у них поучиться могли, — холодно закончил свой рассказ Айр и принялся чистить потухшую трубку.
— По этой аналогии вы ведь тоже демонюга еще тот, командир, — подметил проницательный десятник.
— Не. У них там строгая градация по способностям. Так что согласно этой иерархии, я был бы одним из их повелителей, — оскалился Айр. — Да и вряд ли Бессмертный Тиран тоже является человеком. Но уж лучше один кровожадный упырь на троне, чем целая свора. Легче утолить его аппетиты. Ладно, хватит лясы точить. Пора будить солдат и отправляться.
***
Над землёй клубами стелился плотный и влажный, как кисель, туман. Он скрывал фигуры солдат, превращая их в безликих призраков. А пара фантомных, прозрачных птиц, парящих над их головами, только усиливала это впечатление. К обрывистой скале, на которой высились руины давным-давно разрушенного до основания и заброшенного форта, они шли, разбившись на два отряда. Первый — из пятнадцати человек — должен был связать боем внешнюю охрану, командовать им Айр доверил Ховару. В то время как он сам, со всеми остальными гвардейцами и парой разведчиков, вырежет скрывавшихся в подземельях горбатых тварей.
Благодаря ларийской поддержке, Лотарингу было известно, что снаружи, в руинах, всего три десятка обычных бойцов и командующий ими Скиталец. Но вот что происходит внутри разрушенной крепости, птахи разведать не смогли: спуск в подземелья был наглухо перекрыт чудом сохранившейся дверью из чащобного дуба. Если горбатые монстры ещё не закончили слияние и находились во сне — справиться с ними не составит труда, а в ином случае сотник полагался на собственный высокий болевой порог и крепкие нервы. На выполнение задачи у них было около часа, прежде чем ближайшие охотничьи отряды смогут прийти свежевателям на подмогу. Айр надеялся, что этого времени хватит, чтобы нанести удар и успеть отступить.
Когда первый отряд достиг кучи щебня, в которую за годы превратились внешние укрепления, они наткнулись в плотном тумане на парочку тварей, которых сразу же посекли, но мутанты успели поднять пронзительный вой, что, словно набат, резанул по ушам в утренней тишине. Вдали сразу же послышался протяжный рёв Скитальца, от которого по коже побежали мурашки. Гвардейцы в ответ тоже издали боевой крик — низкий и грозный, он веками гремел над полями боя и помогал подавить низменный страх. Они ринулись в бой, выстроившись наконечником копья, на острие которого был десятник.
Загремела сеча, Айр быстро подбежал к остаткам башни. Некогда она была высотой в пару десятков метров, но сейчас была наполовину разрушена, а кладка испещрена выбоинами и покрыта вьюнком. Рёв Скитальца раздавался с той стороны остатков стены, метрах в пятнадцати от него — хитрая тварь скрывалась внутри бастиона, в крыше которого был здоровенный провал. Вполне достаточный для того, чтобы сотник смог туда протиснуться. Направив ауру в ноги, он, выбивая каменную крошку, взбежал по отвесной стене башни на несколько метров и прыгнул вверх, на излёте зацепившись за верхнюю часть разрушенного строения.
Ради такого манёвра парню пришлось поступиться собственным правилом — он снял доспехи и шёл в бой, облачённый в один лишь нагрудник, отчего чувствовал себя голым. Зато тело, тренированное передвигаться в тяжёлой броне, сейчас ощущалось почти невесомым. С лёгкостью подтянувшись, он мельком окинул взглядом поле боя, над которым уже начал расходиться туман. Его бойцы сражались в плотном строю, отбивая беснующихся чудовищ, но под влиянием Скитальца не могли их потеснить. Это следовало быстро исправить и спускаться в подземелья.
