– Пошел последний отсчет. У всех нервы на пределе. И тут у твоего отца, детка, из сейфа пропадают дорогие украшения. Кстати – на твою мать никто не подумал.
– Почему?
– Потому что Джинни показывала всем именно то, что они хотят видеть. Наверное, настоящей она была только здесь. А так… послушная дочь – для матери. Послушная жена – для мужа. Невестка, мать…
– Матерью она оказалась не слишком хорошей, – едко бросила Мерче.
Консепсьон нахмурилась. Херардо качнул головой.
– Не суди о том, чего не понимаешь. Подумай сама, она жила в постоянном страхе перед разоблачением, под постоянным давлением со всех сторон, и все равно планировала взять вас, уехать, начать нормальную жизнь. Не одна сбежать, с детьми. Чтобы вы не отвечали за ее грехи.
– Она не могла со мной поговорить? Я бы помогла…
– Ты больше обижаешься на секреты, которые были у матери от тебя? Поверь, о них и так знали на одного человека больше, чем надо.
Мерседес непонимающе помотала головой.
– То есть?
– Твоя мать рассказала мне все это не для передачи. Просто иначе ты бы мне не поверила. Никак.
– Согласен, – кивнул Херардо. – Сеньорита Консепсьон, скажите, почему маги не взялись за вас?
– Потому что поздно поняла, – вздохнула женщина. – У меня такая форма была… я слишком поздно узнала. Поддерживать меня можно, а вот вылечить уже не получится. Только смерть оттянуть.
Мерседес кивнула. Последние несколько минут она над чем-то напряженно раздумывала.
– Я поняла. Спасибо вам. И, сеньорита…
– Можешь звать меня тетей Конни. Я не против.
– Тетя Конни, я не стану бежать. Я приду после коронации.
– Приходи. Расскажешь, что из этого всего получится.
– Расскажу, – пообещала Мерседес. – Но ключ я не возьму. Пусть он у вас останется, ладно?
– Возьми. Точнее… возьмите его, тан. И положите туда, – палец Конни указал на вентиляционное отверстие.
Херардо повиновался. Встал на табурет, отодвинул решетку, спрятал за ней ключ, не просто так, привязав белой ниткой к решетке. Конни сама этого сделать не могла, боялась упасть. И предосторожности объясняла просто.
Умирать не хотелось, но мало ли что будет в жизни? Если что-то, Мерседес придет и заберет свое наследство. А никто другой его не найдет.
Мерседес не спорила.
Херардо хотелось узнать, о чем она думала, но… он и так это узнал. Когда, усевшись в мобиль, девушка повернулась к нему с отчаянным лицом.
– Тан Мальдонадо! Женитесь на мне, пожалуйста!
Хорошо, мобиль стоял. А то бы Херардо точно в ближайшую стену въехал. Предложеньице!
Хоселиус посмотрел на племянницу.
Ленора посмотрела на дядю.
– И что мне с тобой делать?
– Замуж выдать, – даже не засомневалась нахалка. – Магам все равно, что у меня там, в родословной, их моя сила интересует.
– Замуж я тебя бы выдал. Но ты ведь нашла себе…
– Дядя!
– На мать глазами сверкать будешь. Ты понимаешь, что этим браком полностью отрежешь себе дорогу к трону? И себе, и детям?
– Вполне, – кивнула Ленора.
– И что брак может быть неудачным? И что ты можешь передумать?
– Могу, дядя. Но трон и корона не по мне. Удастся там мой брак, не удастся, безразлично. Такого я детям не пожелаю никогда.
Хоселиус Аурелио взялся за виски.
– Ладно. После похорон и коронации я одобрю тебе брак.
– Слово?
– Королевское слово. А теперь скажи, за что ты сорвалась на Мегану? Только правду, Ленора. Слова, агрессия… ты мне еще расскажи, что в своем гадюшнике ты к такому не привыкла?
– Нет, не привыкла. Там меня уважают за силу и знания, – ухмыльнулась Ленора. – Дядя, смотрите.
На стол перед Хоселиусом легла записка.
Хоселиус вскинул брови.
– И что? Таких записок много…
– Много, но зачем нам сейчас – такое? Если что, может разразиться скандал, а впереди коронация, впереди похороны – зачем?
Хоселиус подумал пару минут.
– Бернардо не заинтересован в Мегане.
– Но вдруг?
– Ты как маг, можешь отличить правду от лжи?
Ленора только руками развела. Огненная магия слишком горячая, слишком страстная, но и обратная ее сторона – какие там тонкости? Кувалдой и в атаку! Что сейчас и произошло…
Хоселиус задумался.
С одной стороны, проверить бы, где правда, где вранье.
С другой…
Не сильно он доверял магам после всех скандалов. Те, кому он мог доверять, сейчас недоступны, а посвящать в семейную тайну сволочей, которые тебя по дешевке сдадут? Ладно, сдадут дорого, но любому, кто заплатит.
Перебьются!
– Дай сюда записку. С сыном я поговорю, а ты впредь постарайся сдерживаться. Хорошо?
– Да, дядя. Простите, – понурилась Ленора.
– Где ты ее обнаружила?
– На приборной доске своего мобиля.
– Ты не защитила мобиль магически?
Ленора весьма серьезно поглядела на дядю.
