Тания (Ликутей Амарим) полностью

Но несмотря на то, что [свет] Торы и ее законов дарован всем евреям в целом и каждому из них в отдельности, чтобы они могли в одинаковой мере воспринимать его при исполнении любой заповеди, а также при изучении любого раздела Торы, — не все души, находящиеся на одном из своих уровней: нефеш, руах или нешама, — ощущают этот свет в равной степени. Восприятие ими его зависит от исторического периода, в который жил человек, а также от сроков [существования его души в этом мире, установленных Всевышним,] и от того, суждена ли ей реинкарнация. Как говорили [о неравнозначном отношении человека к исполнению разных заповедей] наши учители, благословенна их память, [в Талмуде]: «[Рав Йосеф, сын Хии, спросил рава Йосефа, сына Рабы: ] «Какую заповедь твой отец исполнял усерднее всего?». [Ответил ему тот: ] «Заповедь о цицит»"^. И в каждом поколении есть особое отношение к [духовному значению] определенных заповедей³². Подобно тому, как организм человека состоит из множества компонентов, каждый из которых исполняет особую функцию, — как, например, глаз — орган зрения, а ухо — орган слуха, — и в каждой заповеди Торы есть свой, индивидуальный сгусток света, исходящего от Эйн Соф — бесконечного света Всевышнего, благословен Он. И хотя [известно из Кабалы, что] каждая еврейская душа должна прийти в этот мир, чтобы исполнить все шестьсот тринадцать заповедей Торы и для этого [душам приходится зачастую] пройти реинкарнацию, [- особая связь между отдельными душами и определенными заповедями Торы существует, и] от людей требуется уделять их соблюдению большее внимание, исполняя их с максимальным старанием, скрупулезностью, усердием и энтузиазмом [и вкладывая в это] гораздо более сильные и возвышенные [чувства], чем при соблюдении всех остальных заповедей. Теперь будет еще понятней смысл вопроса: «Какую заповедь твой отец исполнял усерднее всего?». [Спрашивавший имел в виду именно это: ] какую заповедь исполнял Раба не с обычным для себя, а с особым усердием? Эта особая связь отдельных душ с [определенными заповедями и] с индивидуальными сгустками света, которые они несут, не имеет рационального объяснения, она недоступна осмыслению и постижению, разумом не познать ее. Смысл ее известен только Всевышнему. [Распределение Творцом Б-жественного света, которое выше понимания Его созданий,] имеет своим аналогом в физическом мире распределение чего-либо по жребию³³!

«…Сеет справедливость, взращивает спасение.»¹.

Почему, говоря о помощи нуждающимся, употребляют слово «посев'', как. например, написано в Танахе: «Помогайте нуждающимся [так, будто] вы засеваете [поле] для себя² — станет ясным, если понять сказанное нашими учителями, благословенна их память: «Раби Эльазар давал бедняку мелкую монету и [лишь] затем приступал к молитве, ибо написано: «В награду за помощь нуждающимся удостоюсь созерцать Твой лик»³». Это означает, что человек открывает для себя суть Б-жественного света во время молитвы при концентрации мыслей и внимания [на смысле произносимого] — каждый в соответствии со своим духовным уровнем; происходит это лишь благодаря милосердию «и доброте Всевышнего, изливающимся из высших миров в физический мир, — для тех, кто трепещет пред величием Его»⁴. Иными словами, свет Эйн Соф Всевышнего, благословен Он⁵, озаряющий высшие миры своим ослепительным сиянием, раскрывает населяющим их духовным образованиям величие и могущество [Творца], и те ощущают всем своим существом полную зависимость от Источника их жизни, осознают, что они — ничто по сравнению с Ним, и полностью растворяются в свете [Творца], благословен Он. Эти [духовные образования] — не что иное как «дворцы»⁶ с наполняющими их ангелами и душами, чьи имена перечислены в святой книге «Зогар» в соответствии с их иерархией; на это же намекает порядок молитв, установленный для нас мудрецами Великого Собрания⁷. Из высших миров нисходит в наш мир благодатный свет и озаряет тех, кто трепещет пред Всевышним, размышляет над значением имени Его и хочет служить Ему всем сердцем посредством молитвы, как написано: «…И Г-сподь осветит окружающий меня мрак»⁸. Нисхождение этого сияния в наш физический мир и определяется как милосердие Всевышнего, которое сравнивается [в книге «Зогар»] с водным потоком, низвергающимся с высот.