Высокая, гибкая, темнокожая и темноволосая, Ананта походила на женщину-змею плавностью и скоростью движений. Широко распахнутые огромные миндалевидные, слегка раскосые глаза с вертикальными зрачками отражали хаос бушующего вокруг безумия. А где-то на задворках зеркал божественной души разгорался огонь ярости и ненависти.
Он полыхал настолько ярко, что даже драконье зрение не спасало роговицу от ожогов. Я прикрыла глаза и на какой-то миг черная богиня пропала из поля зрения, а в следующую секунду темный сгусток пульсирующей энергии появился на краю степного горизонта, обожжённого разрядами оранжево-белых молний.
В тот же миг мой дракон встрепенулся и поднялся на лапы. Мне едва хватало сил сдерживать его желание выйти наружу. Связь со своей гиеной я потеряла окончательно, теперь не слышно было даже ее тихого поскуливания, переросшего в вой на одной утробной ноте.
Меня качнуло так сильно, что я едва не сорвалась со скалы. Неожиданно вокруг поднялся сильный ветер, и меня зателепало, как знамя на флагштоке. Спустя мгновение я поняла, что балансирую на краю бездны при помощи огромных ослепительно-золотых крыльев. Я даже не успела заметить, как и когда произошла трансформация.
«Дракайну мне в постель! – выругалась я про себя, судорожно заглатывая воздух с перепуга. – Что происходит?» И тут же онемела от удивления: золотой дракон ласково фыркнул где-то внутри меня прямо в солар и в груди потеплело.
Пришло успокоение и осознание безопасности. Относительной, но тем не менее. А затем в моей голове вспыхнуло золотое пламя, и меня выгнула дугой от накатившего приступа боли да так, что я затылком достала до камня, на котором стояла.
Орать я не могла: легкие горели огнем. Время остановилось. Кровь плавилась в моих жилах. Перед глазами полыхали радуги. Много радуг. В какой-то момент свет померк, и внутри меня разлилась темнота: теплая, нежная, умиротворяющая. Чтобы в следующий момент взорваться фейерверком оранжево-белых искр и разорвать мое тело на части. Драконьи сила по-прежнему удерживала меня над пропастью, над которой я стояла, раскинув руки-крылья на самых кончиках пальцев.
Я ослепла. Оглохла. Онемела. Мое тело сгорело в разноцветном адовом пламене за секунду.
Я умерла.
И воскресла спустя мгновение с яростным криком в теле дракона. Радужного.
«Это что-то новое», – задыхаясь от лениво отступающей боли, с трудом ворочая мыслями в голове, подумала я.
