Не обращая больше внимания на мольбы, Асис с удоволь-ствием наступил рябому на горло. Под ногой хрустнули хрящи было нечего. Ведь "черным" перевал назывался не только пото-му, что горы по другую сторону окрасились в черные цвета, но и по названию страшной болезни, от которой умирало большин-ство рискнувших в погоне за богатствами его пройти. Смерть к безумцам являлась в страшном обличий. Сначала выпадали волосы и зубы, молодые люди за неделю превращались в нем-ощных старцев. Затем у них на теле появлялись незаживающие язвы, и в ужасных муках бедняги отходили в иной мир. Прика-саться к изгоям и то было опасно. Руки нарушивших табу крас-нели и месяцами гноились. Нет, не зря старейшины наложили на эти места строжайший запрет. Те немногие, кому все-таки удавалось выжить, становились проклятыми навек. На протяже-нии поколений за безрассудство родителей расплачивались дети. Они рождались уродами и служили предостережением всем тем, кому не давали покоя богатства урочища Саламандр.
Но не только человеку урочище за Черным перевалом прино-сило несчастья. Сама природа здесь была иной, чуждой осталь-ному миру, жестокой и страшной. Скрюченные деревья-велика-ны напоминали приготовившихся к прыжку кровожадных чудо-вищ, огромные летучие кровососы гнездились в ветвях, а по земле сновали ядовитые гигантские пауки, один укус которых за минуты лишал человека жизни. Но все же главными убийцами оставались ворки. Здесь они водились сотнями. Их вой вместе с хлопаньем крыльев летучих вампиров, раздающийся в темноте, холодил в жилах кровь даже у самых отчаянных храбрецов. Да и сами ночи могли ужаснуть кого угодно. Желто-зеленоватое све-чение придавало окружающему миру жуткий, потусторонний вид. Достаточно было провести пару дней за перевалом, и смельчака поджидала верная гибель.
Конечно же, самым удивительным местом здесь было урочи-ще Саламандр. -- огромная каменная чаша, вознесшаяся над остальным миром. Заглянуть в нее -- значило умереть. Поэтому никто толком не знал, что у нее внутри. Рискнувшие добраться сюда авантюристы быстро собирали рассыпанные возле урочи-ща самоцветы и спешили унести ноги. От них-то и были получе-ны те немногие разрозненные и часто противоречивые сведения об этих гиблых местах. Смерть за Черным перевалом подстере-гала везде: и на земле, и в воздухе. Здравомыслящий человек обходил запретные тропы десятой дорогой. Но Лавра стреми-лась именно сюда. А за ней, подобно зомби, следовал уже не отдающий себе отчета ни в чем Гюстав. Маркграф даже не заме-тил, что на последнем Рубиконе его бросила охрана. Не желав-шие бездумно следовать к страшной кончине телохранители повернули обратно. Но судьба отнеслась к беглецам не особен-но благосклонно. Почти сразу же они наткнулись на людей гер-цога.
Завязалась короткая, но кровопролитная битва. Со стороны могло показаться, что глотки друг другу режут мертвецы, настолько ужасным был вид сражающихся. Измученные и почерневшие, дрожащими от слабости руками они молча отпра-вляли друг друга в мир теней. Не обращая внимания на раненых, Фергюст последовал дальше, за перевал. Теперь за ним шла лишь кучка уцелевших солдат. Но и они постепенно один за дру-гим отставали. Присевший отдохнуть и на мгновение забыв-шийся, частенько уже не вставал, становясь добычей сползав-шихся со всех сторон пауков. Фергюста же, казалось, хранила какая-то сверхъестественная сила. Тропа, по которой он теперь почти бежал, становилась шире и превратилась в абсолютно черную. С нее исчезло все живое, даже ядовитые пауки. Спустя пару часов рядом с герцогом шли всего три человека, да и те валились с ног.
