Да, я сначала списал её изумление на выходку драконы, но глаза у неё широко распахнулись раньше.
…Приблизительно вот так же, как у чёрной… Которая, не веря в происходящее, сейчас смотрела, как к ней неспешно подходит высокая Кеттара.
— Sa’tella?.. — обратилась она к ней. Скорее, поставив ту в известность о своих намерениях, чем попросив о чём-то.
И опустилась перед пантерой. Как та зашипела! Как засверкали у неё глаза! Но Тарра… Теперь Тарра молниеносно сблизилась со здоровенной кошкой, и лизнула ту в оскаленные клыки. И тут же отпрянула. И опять застыла в пяди от них.
Шипение постепенно начало менять тембр. И вскоре стало напоминать урчание.
— Mae govannon, gva’tellа! — опять засмеялась орчанка. Встала.
— Сверг! — не выдержала всего этого Майя. — Ты должен мне за это!
— Сверг! — повернулась ко мне и Рилль. — Ты должен мне! Слышишь⁈ Должен!
— Да, — лаконично ответил я им.
Им по-любому. Хотя бы за то, что только что ни одна из них сейчас не скомандовала: фас!
— Лекс, и мне, — облизнулась Тарра. — Я даже знаю — что. То есть кого — каменного волчонка.
А ей — что за всё это долгое утро она не порубила ни одну из этих стерв.
— Сверг! — спохватилась, что осталась не у дел, блондинка. — Чувствую, я поспешила и продешевила. Но на всякий случай запомни: всю жизнь мечтала о водяном змее. Их ещё называют радужными драконами. Как задолжаешь…
' — Пронесло? — выдохнула Чи-сан. — Нет, ну как на горной речке через камни с водопадами пробились…
' — Да у нас, чувствую, теперь до смерти — не пороги, так омуты, — стёрла пот с крохотного лба моя рыжая Несса. — Эх, бросили бы на съеденье паукам чёрную, прибили водяную, не стали б спасать от утопления клыкастую, как бы сейчас зажили хорошо! Спокойно, богато…
— Sa’tella?.. — прервала их воркотню Тарра, обернувшись к Ольге. — До транспортных хлопот у нас ещё минут десять, у тебя случайно не осталось монастырского вина? А то вдруг очень захотелось, но у Лекса его больше нет, — и, обернувшись к эльфийкам, пояснила: — Из нулёвки. С виноградников Моры.
От решительности, с которой обе дамы повернулись к Хельге, даже полегчало: не только мне происходившее все нервы нахрен пожгло. Ольга засмеялась и предъявила тёмную бутыль. И — вихрь женских рук вокруг стола, и через несколько мгновений на нём уже стояли высокие бокалы, а бутылка оказалась в моих руках.
— Штопора нет, — виновато произнесла ксана.
Ночью его тоже не было, но какой же русский не сможет выбить пробку из бутылки голыми руками⁈ Тем более теперь с моей нынешней
Что характерно, аристократки тоста ждать не стали. Мы с Ольгой переглянулись и последовали их примеру. А дальше — вздохи, восторги. Вино того стоило.
И ведь никто не ойкнул, уколовшись о стеклянный цветок. Осторожно дотронулся до него сам. Гладкий. Поцарапаться о такой невозможно. Или бокалы не предназначены для их тёмной ордалии? Нужны обязательно чашки, что ли? Или… Или мы все её уже прошли?
Я разлил по второй.
— Кстати, о виноградниках Моры, — подала голос Майя. — Я поняла, почему нашей людской княжне понадобились эти дополнительные двадцать пять минут, — все повернулись к ней. — Видели же, как она перед боем чего-то хлебнула? — по выражениям лиц женщин стало ясно — видели. — После чего девушка стала на диво хладнокровной и абсолютно бесстрашной, — опять оглядела, но на этот раз встретила недоумение: явно понятней её реплика никому не стала: мало ли разных снадобий для этого имеется! Начиная от того же рома… — И факт номер три, — удовлетворённо закончила дроу: — через семь минут от начала того нашего боя пройдёт ровно двенадцать часов.
Тут, кажется, одна за другой поняли все. Высказалась только Тарра:
— Пот Моры!
' — Ох, точно! — подхватила и моя всезнайка. И быстро объяснила мне сопутствующие эффекты.
— Какой же надёжный, оказывается этот мальчик! — покачала головой Тарра. — Я к ним заходила — Оннатаэлла спала. Совершенно спокойно… — и подняла бокал: — За надёжных мужчин. Рядом с которыми можно и спать, и драться. Которые, откуда угодно, вытащат и, от чего годно, спасут.
Ох, зря она всё это! В воздухе опять начало сгущаться напряжение. Но выпили мы все. Я разлил остатки.
— Кстати, о виноградниках Моры, — нарушила тяжелеющее молчание Ольга. — Мы с ним, — кивнула она на меня, — в нулёвке нежданно-негаданно выполнили квест, который выдавать, вообще-то, должен был настоятель этого самого, — подняла она бокал, — монастыря. Но мы обошлись без его дозволения. Так уже здесь, мне в храме попеняли, что он получить награду никак не удосужится! Сверг! Напоминаю.
— Да мы ему об этом уже напомнили, — хмыкнула тёмная.
А светлая наоборот посерьезнела:
— Тебе просто пожаловались или напомнить очень попросили? Как мне и Анне? Тогда, когда никто из нас, вроде бы, связаться с ним никак не мог? — Ольга так усмехнулась, что пояснять дальше не потребовалось, и о Рилль повернулась к орчанке: — Тарра, а к тебе с этим напоминанием жрицы Моры не обращались?
