Тарен-Странник полностью

– Чего же мне не хватает? – сокрушался он. – Я могу неплохо выковать меч, у меня получился вполне сносный плащ. А теперь то, что я пытаюсь понять и уловить, все время ускользает от меня. Неужто единственное ремесло, к которому я стремлюсь, мне не по плечу? Неужто я лишен настоящего дара?

Тарен поник головой, сердце его сжалось от тоски – он понял, что невольно сказал правду.

Аннло не стал возражать, только глядел на него с глубокой печалью.

– Почему? – прошептал Тарен. – Почему это так?

– Вопрос непростой, – ответил наконец Аннло. Он положил руку на плечо Тарену. – Никто не знает ответа. Одни всю жизнь работают, чтобы обрести дар, и под конец понимают, что ошиблись. Другие родились с даром, но даже о нем не подозревают. Кто-то отчаивается слишком рано, кому-то лучше было и не начинать. Считай, тебе повезло понять это сейчас и не растратить годы в тщетных надеждах. Ты что-то еще узнал о себе, а никакое знание не бывает бесполезным.

– Что же мне теперь делать? – спросил Тарен.

Его захлестнули те же тоска и горечь, что когда-то в долине Краддока.

– Есть много путей к счастью, кроме лепки горшков, – улыбнулся Аннло. – Ты был счастлив здесь, в Коммот Мерин. Можешь остаться. Тут есть для тебя работа. Я с радостью приму твою помощь. Ты мой друг и ученик. А вот и дело для тебя, – продолжал он бодрым голосом, – завтра мне нужно будет отослать мои изделия в Коммот Исав. Но путешествие длиной в день слишком длинно для человека моих лет. Сделай одолжение, друг мой, отвези их.

Тарен грустно кивнул:

– Я отвезу твои изделия в Коммот Исав.

Он отвернулся, зная наверняка, что надежды его на счастье рассыпались, как сосуд, треснувший при обжиге.

На следующее утро Тарен, как и обещал, нагрузив Мелинласа и пони Гурги корзинами с гончарным товаром Аннло, выехал в Коммот Исав. Он понимал, что гончар мог бы просто послать весточку людям из Коммот Исав, и они сами приехали бы за своими сосудами.

– Не я выполняю его поручение, а он оказывает мне услугу, – толковал Тарен едущему рядом Гурги. – Мне кажется, он отправил меня в дорогу, чтобы дать мне время разобраться в своих мыслях. А я только запутался, – печально добавил он. – Мне хочется остаться в Коммот Мерин, однако ничто меня здесь не удерживает. Я ценю Аннло как великого мастера и доброго друга. Но его ремесло никогда не станет моим.

Охваченный душевным смятением, Тарен и не заметил, как упали сумерки и в сером полумраке обрисовался Исав, самое маленькое селение из всех, что встречались ему на земле Свободных коммотов. Всего-то полдюжины небольших хижин и лужок, на котором паслись несколько овец и коров. Кучка людей собралась возле овчарни. Когда Тарен подъехал к ним поближе, он увидел, что лица их мрачны и напряжены.

Озадаченный таким приемом, он назвал себя и сказал, что привез глиняную посуду от Аннло Горшечника.

– Приветствуем тебя, – произнес человек, назвавшийся Друдвасом, сыном Пебира, – прими нашу благодарность. И прощай. Наше гостеприимство может стоить тебе жизни.

Заметив недоумение в глазах Тарена, Друдвас быстро пояснил:

– По холмам бродят разбойники. Отряд человек в двенадцать. Они уже разграбили два соседних коммота. И не просто забрали овцу или корову для собственного пропитания, а перебили весь скот ради забавы. Сегодня днем я видел всадников на гребне ближайшего холма, и вел их желтоволосый злодей на гнедой лошади.

– Дорат! – воскликнул Тарен.

– Как? – удивился кто-то в толпе. – Ты их знаешь?

– Если это действительно Братство Дората, то знаю довольно хорошо, – усмехнулся Тарен. – Это наемники. Но если их никто и не нанял, они готовы грабить и убивать по собственной воле. Они безжалостны, как Охотники Аннуина.

Друдвас печально кивал.

– Да, так говорят. Но может случиться, что они минуют наше маленькое селение, – с надеждой сказал он, – хотя вряд ли. Коммот Исав, конечно, небогатая добыча, но у него мало защитников. Легкая добыча соблазняет.

Тарен оглядел толпящихся мужчин. По их лицам он понял, что смелости им не занимать, но словно бы въявь услышал грубый смех Дората, припомнил его коварство и жестокость.

– Если они все-таки нападут, – спросил он, – что вы будете делать?

– А как ты думаешь? – взорвался Друдвас. – Станем униженно просить, чтобы они нас пощадили? Или отдадим наш скот под их ножи, а наши дома их факелам? Коммот Исав всегда жил в мире. Мы землепашцы, а не воины. Но мы собираемся дать разбойникам отпор. Что нам еще остается?

– Я могу отправиться назад, в Коммот Мерин, – предложил Тарен, – и привести подмогу.

– Слишком далеко и слишком долго, – ответил Друдвас. – Кроме того, нельзя оставлять и Мерин без защитников. Неизвестно, куда повернут разбойники. Нет, будем защищаться сами. Нас семеро против двенадцати. Я считаю и моего сына… Ллассар! – подозвал Друдвас высокого мальчика, который был едва ли старше, чем Тарен, когда Колл впервые дал ему титул Помощника Сторожа Свиньи.

– Твой счет неверен, – перебил его Тарен. – Вас не семеро. Гурги и я с вами. Выходит, нас девять против двенадцати.

Друдвас нахмурился: