Тарен-Странник полностью

Тарен вскочил, пронзительно дунул в боевой рог и кинулся на первого ввалившегося в овчарню воина. Тот вскрикнул от неожиданности и попятился. Ллассар выскочил из-за спины Тарена и, потрясая копьем, устремился к теснившимся в проеме ворот теням. Тарен бился, ничего не видя, сражаясь не только с врагом, но и с собственным страхом, что план провалился, разбойники подкрались слишком быстро, слишком бесшумно. Несколько мгновений прошли в почти безмолвной беспорядочной борьбе. И тут за перепуганным блеянием овец раздался крик выскочивших из-за деревьев селян, а из домов долетел лязг железа о железо.

Разбойники в овчарне дрогнули. Противник Ллассара упал. Тарен мельком видел, как мальчик проскользнул мимо него и опять орудует своим длинным копьем. В воротах шел бой между разбойниками и селянами. Но один воин, ведомый жаждой крови, взревел, как дикий зверь, и вбежал в загон с занесенным ножом в руке. Тарен ринулся к нему. Воин замахнулся ножом. Это был Глофф!

Глофф тоже узнал Тарена. Первое изумление разбойника сменилось злорадной усмешкой. Он перекинул нож из руки в руку и прыгнул вперед. Тарен успел отразить удар ножа поднятым мечом, но в то же мгновение Глофф свободной рукой ткнул Тарена в глаза. Острие ножа нацелилось в незащищенную грудь Тарена. Быстрая тень метнулась между ними. Это был Ллассар. Тарен крикнул, предупреждая мальчика об опасности. Тот кинулся на Глоффа, пытаясь древком копья отразить удар. Разбойник повернулся, взмахнул ножом, и Ллассар упал. С криком ярости Тарен занес меч. Внезапно рядом с ним оказался Друдвас. Глухой удар его клинка слился с протяжным воем разбойника.

Под бешеным натиском селян воины Дората отступили. В суматохе кричащих и бегущих людей Тарена вынесло из овчарни. Оглянувшись, он не увидел ни Друдваса, ни Ллассара и в гневе рванулся вперед. Повсюду мелькали зажженные факелы. Женщины и девушки, присоединившись к мужьям и отцам, молотили разбойников граблями, мотыгами и вилами. Тарен принялся звать Гурги, но его голос тонул в общем шуме и лязге.

Протяжное мычание донеслось из хлева, и оттуда вылетел разъяренный черный бык. На спине у быка сидел Гурги. Он вцепился в холку ревущего животного и бил его пятками по мощным бокам, направляя против остатков отряда Дората.

– Они бегут! – вскричал кто-то из селян.

Тарен пробивался вперед. Те разбойники, что неосмотрительно оставили лошадей у кромки леса, теперь пытались пробиться к ним, затиснутые между мужчинами Коммот Исав и беспощадными рогами разъяренного быка. Тарен увидел Дората верхом на гнедой лошади и устремился к нему. Но Дорат пришпорил коня и галопом ускакал в лес.

Тарен поспешил к конюшням, на ходу высвистывая Мелинласа. Один из селян схватил его за руку и радостно завопил:

– Мы победили, Странник!

Только теперь Тарен понял, что звуки битвы стихли. Дорат исчез. Тарен побежал к овчарне, где жена Друдваса стояла на коленях, обнимая сына.

– Ллассар! – в отчаянии закричал Тарен, падая на траву рядом с пастушком.

Мальчик открыл глаза и слабо улыбнулся.

– Его рана неглубока, – сказал Друдвас. – Он будет жить и заботиться о стаде.

– Да, – прошептал Ллассар. – Благодарю тебя, ты спас моих овечек.

Тарен положил руку ему на плечо.

– А тебе, – сказал он, – я обязан жизнью.

– Половина шайки уже никогда не будет грабить, – сказал Друдвас, – ни в Коммот Исав, ни в других селениях. Остальные разбежались и надолго запомнят эту ночь. Ты очень помог нам, Странник, ты и твой друг. Вы пришли к нам чужаками. Теперь вы не чужаки, а друзья.

Как ни просили жители Коммот Исав погостить у них, Тарен распрощался и направился обратно в Коммот Мерин. На душе у него было тяжко. Даже победа над отрядом Дората не радовала и не могла рассеять беспокойных мыслей. На все его вопросы так и не сыскалось ответов. Настроение Тарена было хуже, чем накануне. По приезде он скупо поведал Аннло о событиях в Коммот Исав. Зато Гурги, лопаясь от гордости, выложил все и подробно.

– Да, да! – волновался он. – Злые воры разлетелись с воплями. О, они испугались доброго хозяина! И устрашились смелого Гурги тоже! И ярого быка с его острыми бодалками и тяжелыми топталками!

– Можешь гордиться, Странник, – сказал Аннло Тарену, который во время восторженных излияний захлебывающегося Гурги не произнес ни слова. – Ты спас жизнь и дома честных людей.

– Друдвас сказал мне, что я для них теперь не чужак, а друг. Этому я по-настоящему рад, – ответил Тарен. – Только мне бы хотелось не быть чужаком самому себе. Какая от меня польза? Для себя самого, для любого другого? Не вижу, не знаю!

– Жители Коммот Исав не согласятся с тобой, – ответил гончар. – Думаю, много где нужны крепкий клинок и смелое сердце.

– Наемный меч? – горько усмехнулся Тарен. – И пойти по дорожке Дората? – Он мотнул головой. – В детстве я мечтал о приключениях, славе, о чести и крепкой руке. Теперь я думаю, что все это лишь тени.