От воды поднимается пар, дудошника моют почти в кипятке, но он особо не протестует. Девки из челяди утирают с лиц капли пота, переглядываются, не скинуть ли сарафаны, а то уже взмокли, но потом Таргитай поднялся и вылез. На пол звонко потекла ручьями вода. Пока вытирался, челядницы, покраснев, отводили глаза, хотя одна восхищенно пожирала глазами его фигуру и бугры мышц на спине и плечах.
Когда Тарх облачился в свою привычную одежду, щедрым жестом указал на кадку Нестору.
– Давай, твоя очередь.
Нестор глянул на черную воду, где плавают травинки и ошметки грязи, покачал головой.
– Ничего страшного, – сказал уклончиво, – я мылся месяц назад.
– Мы в гостях у княжны, забыл? – укорил Таргитай. – Тебя били и валяли по полу. Я сам не любитель частого мытья, но что поделать – пять минут позора, и ты чист, как огурчик. Все-таки княжна – молодая, да еще и красивая. Ради такой и помыться не стыдно.
Нестор еще раз глянул на черную воду, там будто отмывали увязшего в болоте коня. Он покачал головой.
– Я лучше потом сбегаю на реку, искупнусь, – заверил он, выставив ладони.
Пока спорили, служанки натаскали чистой воды. Нестор принялся мыться, девки со всем усердием помогали, ибо он оказался еще грязнее Таргитая. Вода после него выглядела, как деготь, разве что ложка не стоит.
Когда вылез чистый и распаренный, дударь уже храпел, раскинув руки, и как-то умудрившись скомкать белоснежную перину.
Таргитаю приснилось, что он парит среди звезд. Вернее, даже не парит, а запросто шагает, словно по привычной твердой земле. Все вокруг выглядит донельзя сказочным – он оказался в черной пустоте, где ни верха, ни низа. Сперва стало не по себе, но потом принялся негромко напевать какой-то простой мотив, и страх ушел.
Звезды рассыпаны под ногами, вокруг и над головой, словно крупная соль, и этих крупинок так много, сколько он никогда не зрел даже, когда они с Олегом и Мраком вышли из Леса, и Тарх лежал, закинув руки за голову и глядя на небесный купол.
Дудошник вдруг ощутил волны исходящего со всех сторон тепла и принятия, а также – спокойствия. Эта заполненная звездами пустота показалась родной, будто очутился дома. Такое чувство покоя и уюта он ощущал лишь в далеком детстве, когда в зимнюю ночь лежал в землянке и слушал, как за закрывающими вход шкурами воет метель.
Дед Тарас и мать спали. Тлеющие в очаге угли были похожи на звезды, что теперь окружают со всех сторон. Он тогда был ребенком, никаких обязанностей, никакой работы, а просто ешь, спи вволю да играй на любимой дудочке. Так хорошо, как здесь, он не чувствовал себя даже в вирии, куда все зазывает Числобог.
Таргитай вдруг рассмеялся – до того здесь хорошо и привольно. Рванулся и побежал вперед. Глянул под ноги и ахнул – под ногами бездонная сияющая звездами пропасть, а он не проваливается, стоит, будто на твердой земле. Снова побежал, все быстрее, показалось, что в лицо ударил приятный ветер, растрепал волосы, со всех сторон доносится легкий, едва слышный перезвон колокольчиков. Вдали видны сгустки света, похожие на кусающих себя за хвосты змей, а некоторые выглядят словно две слепленные друг с другом тарелки. И в этих сгустках иногда просматриваются звезды, словно их там великое множество.
Он рассмеялся, потом вообще захохотал от удовольствия, резко побежал в другую сторону. Ему показалось, что звезды вокруг слились в смазанные сияющие стены. Он понял, что вообще не знает, долго ли бежит или только-только разогнался. Тарх остановился, дух перехватило так, что принялся хватать ртом воздух. Мазнул взглядом вокруг, глаза от изумления сделались как два пятака.
Далекие звезды исчезли, и теперь Тарх зрит зверей – простых и диковинных – что в великом множестве собрались и застыли, словно неживые. Тут и громадные драконы и не менее огромные лебеди, кабаны. Он разглядел змею, трехглавого пса. Повернув голову, увидел крылатую деву, что парит на крыльях дивной красы, раскинув в стороны руки, будто спешит кого-то обнять. Глянув под ноги, узрел широкоплечего охотника с дубиной, ростом с велета. Широкие пластины мышц на груди, покатые, как валуны, плечи блестят звездной пылью, чресла прикрыты широким поясом, что больше похож на набедренную повязку.
Нашел взглядом деву и бросился вслед за ней. Та заметила, рассмеялась. Таргитай побежал быстрее, видя, что расстояние между ними сокращается. Дева вновь засмеялась, от ее прекрасной улыбки и небесной красоты очей у Тарха защемило сердце.
Внезапно его начало трясти. Он сперва не понял, что происходит. Наполненный звездами и пустотой мир стал таять, будто туман под солнечными лучами.
Таргитай открыл глаза и увидел Нестора, который склонился и трясет за плечи.
– Чего тебе? – спросил невр недовольно. – Зачем разбудил? Я ж почти догнал ту девку…
– Кто о чем, а вшивый – о бане, – проворчал паренек, потом сказал: – От княжны приходили. На дворе давно утро, зовет с ней откушать, поесть, что боги послали.
